Книга Целительница для упрямого генерала, или Ты пожалеешь, бывший, страница 76 – Анна Солейн

— Вместо шуточек, генерал Ашер, вам было бы неплохо сосредоточиться на выздоровлении и на том, чтобы выполнять мои рекомендации.

“Целительница, если тебе хочется сделать вид, что твои назначения могут меня исцелить — не мне тебе мешать. Сгибай и разгибай каждое мое колено, сколько твоей душе угодно”.

Это Ашер сказал мне почти месяц назад, когда мы только-только начали лечение.

И я даже не могла обвинить его в излишнем скепсисе: в этом мире привычные мне методы восстановления двигательных функций и правда выглядели еще более экзотично, чем окуривание комнаты больного травами.

Сейчас я тоже ожидала чего-то подобного, но Ашер только дернул головой.

— Как скажете, целительница.

Не обращая внимания на ехидство в его голосе, я присела на корточки. В целом — новые упражнения можно делать, даже сидя в кресле. Возможно, это будет даже с какой-то стороны эффективнее: если Ашер будет сидеть, к работе подключатся мышцы корпуса, отвечающие за удержание тела в балансе. Они нам пригодятся, когда нужно будет учиться стоять, опираясь на брусья.

— Выйди, Уэйн. Я позову Мортимера и…

— Генерал Ашер, вы не в армии, так что не нужно командовать.

— Может, тогда прекратишь называть меня генералом?

Я покраснела и в очередной раз тряхнула головой.

Как идиотка, честное слово.

Подняв ступню Ашера, я заглянула ему в лицо и тут же отвернулась.

— Сгибайте ногу.

— Уэйн, если ты вдруг не заметила…

— Просто делайте, как я говорю! — рявкнула я. — Когда я сгибаю вам ногу, помогайте мне. Выпрямляю — аналогично.

Ашер, кажется, послушался, а я продолжила проговаривать каждое свое действие, чтобы незрячий Ашер успел подстроиться.

Сколько времени займет восстановление? Никак не меньше нескольких месяцев до того, как появятся видимые результаты, и я смогу оставить Ашера наедине с Мортимером, выдав ему программу тренировок.

Иногда восстановление может затянуться на годы.

Похолодев от такой перспективы, я от души дернула на себя ногу Ашера, и он зашипел от боли.

— А все потому, что вы слишком много сидите! — мстительно рявкнула я. — Сгибайте.

— Тлетворное влияние того, что я не могу гулять.

— Тлетворное влияние того, что, если бы вы меньше язвили и больше занимались, поправлялись бы быстрее! Разгибайте.

У меня заурчало в животе, но я не обратила на это внимание.

— Целительница Уэйн, ты бы поела. Злая даже по твоим меркам. Попроси Мортимера тебя покормить.

Ах, и ему мой характер не нравится! Вы посмотрите, какой нежный нынче мужик пошел!

— Сгибайте.

— Уэйн…

— Сгибайте, говорю! Напрягите мышцы! Потому что если вас устраивает всю жизнь провести в кресле — то меня нет! Я целительница, мне дорога репутация и мое время! Если здесь с вами я занимаюсь ерундой, то не могу в это время помогать другим пациентам, которые…

— Уэйн!

— Которые… — Я запнулась, потому что вдруг поняла, что глаза печет от слез. — Которые в этом нуждаются, вот!

Согнув в очередной раз, последний, ногу Ашера, я опустила ее на пол.

Хорошо хоть не видит, как по моим глазам побежали слезы, хотя он наверняка догадался, с его-то каким-то сверхъестественным чутьем.

Отлично. Сейчас начнет упражняться в остроумии. Такой отличный повод. Помнится, рыдающую от любви Амелию он раз за разом отправлял мыть кухню и выносить помои, чтобы "в жизни появились реальные поводы лить слезы".