Онлайн книга «Этюд в сиреневых тонах»
|
— Нет уж! Ты выслушаешь все до конца, а затем останешься тут, пока врачи не решат, что ты… изменилась, — я смотрела на прежде любимого папу и не узнавала в этом человеке его. Было все знакомо — черты лица, светлые проницательные глаза, широкий разлет бровей и губы, что сейчас произносили мне приговор. Но это был не мой любимый и любящий папа! — В общем, так! Кто тот мужик, которого притащили вместе с тобой, я знать не хочу. Его забрал родственник, поэтому его судьба меня не заботит. Не знаю, как тебе взбрело в голову назвать его своим мужем, но это тоже… удалось замять! Я сидела, опустив голову, чтобы отец не видел, как по моим щекам бегут слезы. Я только что невольно подставила другого человека. Откуда мне было знать, что мой жених перевернет всю эту историю так, что волосы на голове вставали дыбом. И ведь выкрутился змееныш! Сделал так, что сам выглядит теперь белым и пушистым! — Теперь о тебе, — он отошел к окну, чтобы не смотреть на меня, съежившуюся от страха и боли. Меня снова предал близкий человек. — Сейчас ты останешься в этой клинике, врачи немного приведут тебя в порядок. Кильдеевы все еще настаивают на вашей свадьбе, и я теперь не вижу смысла отказываться от этого. Ты сильно подставила меня, Александра! Теперь и репутация компании зависит от них, — я посмотрела на отца, замершего рядом со мной. Он осторожно приподнял мое заплаканное лицо, — дочь, пойми… — Я не пойду замуж, — хриплым голосом проговорила я, смотря на папу умоляюще, — он… он… я не хочу пережить это снова. Ты клялся, что защитишь меня, если он причинит мне боль, так почему ты… толкаешь снова к нему? Я не понимаю… почему ты веришь ему? Предателю?! Георгий Николаевич тяжело вздохнул, бросив на дверь странный взгляд, словно… словно боялся, что нас кто-то услышит?.. — Я больше не желаю слушать, как ты отзываешься о своем женихе, Саша, — устало произнес папа, а я отвернулась. — Приготовления к свадьбе продолжаться, а она сама состоится через месяц. Ты поняла меня? До этого времени ты будешь находиться под… присмотром. Все выходы из дома, в том числе, в университет только в сопровождении охраны. Если нарушишь это условие, поедешь с матерью в Германию, где… продолжишь готовиться к свадьбе… — Что? — выдохнула я, не веря своим ушам и тому, что говорил отец. А не маман ли приложила свои ручки к этой ситуации? Ведь папа никогда бы не отдал меня ей, даже, когда ему было реально тяжело совмещать работу над своим «детищем» с воспитанием ребенка. — Так это… она настроила тебя против меня? — Не говори глупостей, — отмахнулся папа. — И начинай уже взрослеть, ведь мир не вращается лишь вокруг тебя. Мы оба делаем для тебя все, чтобы ты… — О, да-а! Особенно Виктория! — я зло расхохоталась, чувствуя, как внутри все закипает от дикой смеси ревности к отцу и ненависти к матери. Она даже издалека, бросив меня когда-то, нашла способ рассорить меня и папу. Сокольский спокойно переждал мою истерику, а я, отсмеявшись, с ненавистью выплюнула: — Забудь о свадьбе! Я. Не. Стану. Его. Женой! — в ответ отец только равнодушно пожал плечами, что еще больше разозлило меня. — Я не выйду за Бахтияра, хоть веди меня под дулом автомата. Я, в отличие от тебя, предателей не прощаю. Я, как посмотрю, ради ее благосклонности, готов не только дочь отдать насильнику, но и ноги ей лизать…, — пощечина оборвала мою прочувствованную речь, а моя голова резко мотнулась в сторону, что позвонки захрустели, а в ушах зазвенело. Во рту стало солоно от крови, видимо, я зубами оцарапала губу, и именно это привело меня в чувства. Я с ненавистью посмотрела на отца, как на врага. |