Книга Дочь драконов для змеиного князя, страница 174 – Екатерина Антонова, Бетти Алая

— Поля… что с тобой? — напряженно спрашивает Мия. — Мы сможем помочь!

— Снег ложится, кровь стыдится, холод в косточки стучится… — слетает с иссиня-белых губ медведицы. Ее голос приобретает жуткие детские нотки. — Спите, детки, в белой мгле, в колыбели, в вечном сне…

Затем она с криком бросается на Мию и Ксю. Кицунэ отпрыгивает, роняя посуду. На грохот сбегаются остальные. Поля невероятно сильна.

Кости трещат, тело рвет одежду, и Полина превращается в огромную медведицу. Ее глаза горят ледяным огнем, а шерсть покрыта крошечными острыми сосульками. Из клыкастой пасти вырывается морозный пар.

Она сносит Ксю. Та падает, ударившись головой.

Али и Миэль бросаются на Полину. Медведица раскидывает их, не позволяя схватить себя. Но дракону и барсу на помощь приходят Егор и Игорь. Они хватают Полю за могучую шею, удерживают. Прижимают к полу.

Богдан заряжает пистолет транквилизатором. Но первый выстрел лишь отскакивает от ледяной кожи медведицы. Второй… третий…

Игла попадает между сосульками на коже, и Полина обмякает.

Марьяша подходит к ней. В глазах ведьмы отпечатывается боль. Она касается ледяной шерсти.

— Ее осквернил Мороз, — шепчет дрожащим голосом, — я чувствую, как от нее тянется ледяная нить, словно паутина. Поля вся скована ей… она больше не принадлежит себе. Что это за связь я не знаю…

Команда быстро принимает решение. Полину несут в гараж. Там, где когда-то Кристина спасла Игоря от безумия, теперь их дочь сковывают серебряными цепями.

— С ней должен кто-то остаться, — произносит Али, — она может вырваться или покалечить себя.

— Я, — хрипло говорит Ефим. — Полина — моя дочь. Если она очнется… она должна увидеть меня.

— Ты ранен, — качает головой Миэль, — сможешь ли ты остановить ее, учитывая, как сильно ее любишь? Не дрогнет ли твоя рука?

Игорь подходит к своему сородичу.

— Он справится. Я в нем уверен, как в самом себе. Пусть останется. А я надеру задницу армии ледяного ублюдка за нас двоих.

На этом и останавливаются. Вернувшись домой, оборотни распределяют роли в решающей битве.

— Нам придется разделиться, — командует Драган, — нужно продержаться, пока Адила и Влад не закончат дело.

— Я возьму западное направление, — показывает на карте Егор, — там много жилых домов. Нельзя, чтобы армия прошлась по этим районам.

— Мы с тобой, — произносят Миэль и Игорь, — втроем удержим.

— Мия, Али, на вас восток, — говорит Драган, — возьмите на себя ближайшие к городу деревни. Постарайтесь удержать армию Мороза.

— Мы будем огневой поддержкой, — потирая ушибленный затылок, говорит Ксюша. Богдан кивает.

— Мы возьмем центр. Скорее всего, тут будет сконцентрирована основная мощь мертвых, — хмыкает Драган, показывая на карте место прямо у разлома.

Марья обводит взглядом собравшихся. В ее глубоких голубых глазах нет страха. Лишь холодная решимость.

— Я станцую так, что они пожалеют о том, что пришли в наш мир. — Она накрывает ладонью живот, и голос ее, тихий, обволакивающий, вдруг обретает нерушимую силу. — А вы просто не дайте им меня прервать.

Снаружи снова прокатывается крик Скорбной матери…

Драган коротко кивает своим.

Они расходятся молча.

Гулкие шаги по паркету, лязг затвора винтовки Богдана, и вот уже только ветер завывает в трубе, да Полина глухо рычит в гараже.