Книга Мой хвостатый избранный, или Курс на Бездну, страница 84 – Айштария Райс

Снова мой нервный вдох. Слишком важные слова. Неужели это правда? Наша внутренняя связь не оставила место сомнениям.

Мы касались плечами друг друга. Я положила голову ему на плечо. Мы ведь супруги или как. И ощутила его нежное, но крепкое объятие чуть выше талии.

Я сделала ещё один глоток настоя и посмотрела вдаль — туда, где за пределами освещённых дворцовых кругов начиналась настоящая глубина: тёмная, древняя, непроницаемая. Где-то там проходила Завеса. Где-то там, по ту сторону, оставался мой мир. Мой отец. Императорский двор. Флот. Приказы, обязанности, люди, которых я не имела права просто вычеркнуть из жизни только потому, что сама оказалась в легенде.

Но здесь, под водой, уже раскручивалась другая история. Более старая, чем наши карты.

Более жёсткая, чем наши сказки. И теперь я была внутри неё не наблюдателем, а частью.

Перед глазами снова возникла кладка. И маленький детёныш, который всё ещё метался за полупрозрачным барьером где-то там.

Но я слишком хорошо знала себя, чтобы обманываться: некоторые вещи я умею откладывать. Не забывать.

Мы вернулись в приёмный зал не сразу, а как это умеют делать только во дворцах: так, чтобы у всех создалось впечатление естественного течения событий, хотя на самом деле каждый поворот уже кем-то предусмотрен.

Глубина вокруг не была ни днём, ни вечером в человеческом понимании. Просто свет в толще воды стал мягче и гуще. Снаружи, далеко-далеко наверху, должно быть, действительно смещалось солнце, но здесь, на дне, жизнь давно не зависела от его прихотей. Город жил своим светом. Минерал-сердечник в центре столицы пульсировал ровно и глубоко, а от него по всему дворцу, по аркам, мостам, башням и стенам расходились толстые световые жилы. Дальше они ветвились, становились тоньше, как ручьи, как капилляры, и бежали по камню, питая весь этот прекрасный, опасный, слишком живой мир.

Я теперь чувствовала их почти постоянно.

Не только глазами. Кожей. Энерго-каналами моей искры. Той новой, непривычно расширившейся частью себя, которая всё ещё не до конца уложилась в голове как факт. В другом месте я бы, возможно, уже начала паниковать. Здесь же просто приходилось делать вид, что капитан Империи каждый день просыпается с новым уровнем восприятия мира и это, разумеется, совершенно не повод нервничать.

Мы с Арианом вернулись к верхней части террасы, где приём продолжался чуть свободнее, чем раньше. Гости уже рассредоточились по уступам, кто-то спорил о боях, кто-то негромко переговаривался, кто-то ел, кто-то наблюдал. В целом, мирэны сплетничали, не забывая при этом сканировать взглядом нашу с Арианом пару. Их супруги и любовники находились рядом, готовые услужить своей паре, и выглядели покорными. Вода в соседних секторах тихо колебалась за прозрачными границами контуров. Свет от кристаллов и энерголиний дробился на лицах и украшениях.

Королева была там же.

Саэлирра стояла в сухой части, но так, словно и суша, и вода, и весь этот двор были просто разными состояниями её власти. Рядом держались несколько жриц — тех самых, в которых я уже научилась различать два типа: обычную, живую, глубоко согласованную силу и ту странную, слишком выровненную, чуть неестественную архитектуру потока, от которой во мне поднималась настороженность.