Книга Последняя надежда Элиона, страница 30 – Алекс К. Уиллис

Кейрон медленно кивнул. Игра входила в финальную стадию. Теперь ставки были не просто на спасение чужих жизней. Ставки были на их собственную жизнь, на жизнь их сообщников. И на душу цивилизации, которая, казалось, уже продала её с потрохами. Но в её мёртвых, отполированных до блеска коридорах всё ещё теплились крошечные, упрямые огоньки сопротивления. И они были готовы сжечь всё дотла, лишь бы эти огоньки не погасли.

Тишина после провала учений и ареста Лиры была обманчивой. В официальных каналах царило спокойствие: «технические сложности», «плановый аудит систем», «задержка в связи с необходимостью дополнительных проверок». Но под спокойной поверхностью клокотал яд. Комитет по Чистоте работал в режиме, близком к истерии. Они рвали на части коды, проводили допросы с нейросканированием, ставили на прослушку целые отделы. Паранойя стала новой нормой.

«Друг брата» в Комитете, техник высшего уровня по имени Зорин, связался с Таэлой лишь однажды, через одноразовый, зашифрованный канал. Сообщение было кратким: «Ключи есть. Окно — 4 часа в ночь на цикл 47. Сервер «Антей». Физическая изоляция неизбежна после контакта. Готовьте получателя.»

«Физическая изоляция» — эффемизм для ареста и всего, что за ним последует. Зорин шёл на смерть. Он передавал не просто данные. Он передавал эстафету. И «Круг» должен был её подхватить.

План был хрупким, как паутина. В ночь на цикл 47 Зорин, имея ночной доступ для «планового обслуживания», должен был ввести в ядро системы управления Рифтами специальный патч. Не вирус. Легитимное обновление безопасности, подписанное его протоключом высшего уровня. Внутри этого патча, в зашифрованном виде, будет находиться ядро мимесиса Лиры, переработанное и улучшенное. После установки патча система потребует полной перезагрузки. На это уйдёт около часа. В этот час связь с Рифтами будет прервана. И в этот же час служба безопасности, отслеживающая аномальную активность протоключей, придёт за Зорином. Он это знал.

Задача «Круга» — в тот самый момент перезагрузки подменить часть логов сервера «Антей», чтобы стереть следы несанкционированной активности Зорина и сделать патч выглядевшим как часть штатного обновления от командования. Этим должна была заняться небольшая группа техников во главе с молчаливым, блестящим сетевиком по имени Гер. После этого — тихо раствориться.

Кейрон не был техником. Его роль была иной. Арбитр, раздражённый задержками и статьёй Кейрона, вызвал его на финальное «разъяснительное» совещание в Зал Стратегических Решений. Это была ловушка. И Кейрон в неё должен был пойти. Его задача — быть идеальной мишенью. Отвлекать Арбитра, его внимание, его гнев в тот самый роковой час. Быть настолько яркой, раздражающей, неудобной проблемой, чтобы все глаза были на нём.

Он вошёл в зал в назначенное время. Арбитр уже ждал, сидя в своём кресле у гигантского экрана, на котором сейчас висела схема Этэры с пометками «зоны первичного заселения».
— Учёный Кейрон, — начал Арбитр без предисловий. — Ваша последняя публикация… её обсуждают. Она вносит сумятицу в умы в момент, когда требуется единство.
— Истина редко бывает удобной, — ответил Кейрон, занимая место напротив. Он чувствовал, как время начинает свой отсчёт. Где-то Зорин уже подходил к серверу «Антей». — Я лишь указываю на фундаментальный изъян в нашей стратегии. Мы жертвуем не только чужими, но и своими душами. А душа — это не метафора. Это комплекс нейропластических паттернов, обеспечивающих адаптивность. Вырезать их — всё равно что ослепить пилота перед сложным манёвром.
— Ваши аналогии поэтичны, но нерелевантны, — отрезал Арбитр. — Пилоты Рифтов не летают вслепую. Они следуют точным картам. А ваши «нейропаттерны» — это то, что заставляет сомневаться перед лицом ясного приказа. И это убивает.