Книга Ночь в замке, страница 71 – Вероника Генри

Так я просидела какое-то время, пытаясь справиться со своими чувствами. Мои эмоциональные качели вновь унесли меня на самое дно. Приезд в шато изменил мою жизнь к лучшему. Я чувствовала, что лучше контролирую себя, свое будущее, свои эмоции, и это отчасти возвращало мне уверенность в себе. Здравый смысл подсказывал, что не стоит ввязываться в отношения, которые могут отбросить меня назад.

Но когда здравый смысл брал верх над одержимостью и, будем честны, неприкрытым вожделением? Реми пробудил во мне чувства, которые я считала давным-давно угасшими, и то, что он вот так появился у меня на пороге, было в буквальном смысле похоже на сон. Сколько ночей я провела, рисуя в своем воображении наше воссоединение? Даже когда я была с Дэниелом, я порой возвращалась мыслями к той нашей бурной ночи. Из этих сладких грез меня вырвало появление Лилу. Лицо у нее было мрачнее тучи.

— Прости, пожалуйста. – Я вскочила, смущенная, и принялась извиняться, хотя сама не очень понимала за что. – Какая неожиданность. Я сто лет Реми не видела.

Она смерила меня взглядом, в котором неодобрение мешалось с беспокойством.

— Эти Гаспары воображают, что они лучше всех.

— Ой, люди просто завидуют.

Я не стала воспринимать ее наблюдение всерьез. Успехи виноградаря, без сомнения, вызывали у местных сложные чувства.

— А уж Реми вообще считает себя особенным.

Но он на самом деле особенный, хотелось сказать мне. Он входил в комнату и мгновенно завладевал всеобщим вниманием. И все-таки я не думала, что Реми считал себя лучше других. Он был обаятельным. Внимательным. И без капли заносчивости. Или я смотрела на него сквозь розовые очки и он действительно вел себя высокомерно и грубо с теми людьми, которые ничего для него не значили?

Я решила, что это не имеет никакого значения. Моя главная задача сейчас – привести шато в порядок, чтобы оно было готово к вечеринке. А для этого мне нужна помощь Лилу. Я обняла ее за плечи. Она окаменела, явно непривычная к ласковым жестам от людей, с которыми не была близко знакома, и я задалась вопросом, не переступаю ли границы. Я всегда обнимала друзей Гарри и Эди, но, возможно, тут такое было не принято.

— Не волнуйся, Лилу. Он ушел. А нам с тобой надо делать дело.

Я сунула ей в руку швабру. Она посмотрела на меня, явно не зная, что думать, потом поморгала, кивнула и выдавила из себя улыбку. Мои слова ее не убедили, но она без пререканий взялась за работу. А я принялась протирать плинтуса. Для того чтобы не думать о Реми Гаспаре, это было то, что нужно.

Такси из Хитроу привезло Пирса с Лизмей на окраину Лондона уже под вечер, когда начали зажигаться фонари. Знакомые улицы, фонарные столбы, автобусы, такси и почтовые ящики, приветливый золотистый свет кафе и ресторанов и толпы людей, спешащих с работы домой, а может, совсем наоборот, действовали на Лизмей успокаивающе.

Они каждый год приезжали в Лондон во время отпуска – пройтись по магазинам, поесть в ресторанах, погрузиться в городскую жизнь. И повидаться с друзьями, по которым скучали, несмотря на то что те время от времени навещали их в шато. У них была скромная квартирка в Хаммерсмите, которую они купили, когда продали дом в Фулеме, чтобы Пирсу было где остановиться, когда он приезжал в Лондон по работе. Квартира оказалась отличным вложением денег, и, несмотря на крошечные размеры, Лизмей любила ее, потому что она была уютной и невероятно удобной.