Книга Серебряный змей в корнях сосны 2, страница 123 – Мария Дубинина, Сора Наумова

— Я не знаю, – честно ответил Юдай, – но отец Тору скончался в безумии в конце весны, с тех пор его дед стал впадать в слабоумие. Но что еще более интересно, прошлой ночью мать Тору уходила из дома. Обычно в это время Тору спит, но тут ему не спалось, и он видел, как она взяла фонарь и ушла со двора. Преследовать ее он не решился.

— Это наверняка важно, ты молодец, Юдайсан! – похвалил Кента и, бросив на Хизаши быстрый взгляд, поведал об их приключениях. И пусть Хизаши было неприятно пускать постороннего в их дела, он рассчитывал на помощь фусинца.

— Это очень непростая история, – помрачнел Учида. – Боюсь, беда вовсе даже не в источнике. Зараза могла зародиться на месте старой массовой гибели людей. Я бы взглянул на руины деревни.

Кента был аккуратен в своем рассказе, и Юдай не узнал, что историю сгоревшего поселения Хизаши подсмотрел в засекреченных архивах Дзисин, иначе – даже он понимал – Юдай осудил бы их, а это заняло бы драгоценное время. Впереди у них еще полдня, ночь и день. К следующей ночи они собирались покинуть Янаги.

— Давайте выйдем на свет, – предложил Кента.

— Мы не будем изучать онсэн снова? – спросил Учида.

— Сейчас важнее понять, как все пришло к тому, что мы имеем, – рассудил Кента, и Хизаши кивнул. – Не думаю, что вы со мной не согласитесь, но мы запутались, и чем дальше, тем выше шанс совершить роковую ошибку.

Он выглядел одновременно серьезным и виноватым, будто их общая потерянность была лично его оплошностью. Эх, знал бы он, насколько все еще сложнее…

Выходя, Хизаши снова обернулся, но в этот раз ему показалось, что на него посмотрели в ответ.

Ханабэ-сан дожидалась их у раскрытых ворот, стоя по эту их сторону. Заприметив троицу, поднимавшуюся вверх по дороге, она тревожно сцепила пальцы и, вся такая высокая и высохшая, стала напоминать натянутый перекрученный канат.

Солнце приблизилось к наивысшей точке, опаляя макушки не хуже раскаленного масла, вылитого на врагов с высоты замковых стен.

— Снова жаркий денек, да? – заговорил с ней Кента издалека и, не дождавшись ответа, приблизился. – Вы куда-то уходите?

Женщина вдруг вцепилась ему в рукав, да, видимо, так сильно, что причинила боль.

— Вы купались в источнике?

Кента молча оглянулся через плечо, ища подсказки – что говорить? От их ответа многое сейчас зависит, и Хизаши сказал как можно небрежнее:

— В любом случае нам не помешал бы сытный обед. Мы за него, кстати, заплатили вперед. Не накормите нас, тетушка?

Кента опустил взгляд на сжимающие его руку пальцы, и попробовал аккуратно их расцепить. Юдай рядом с Хизаши напрягся, как собака, почуявшая след, и Хизаши тут его неожиданно понимал.

— Вам надо покинуть деревню. Немедленно! – голос Ханабэ-сан сорвался, и вся она была будто припадочная, еще бледнее обычного, а глаза, напротив, запали в темные провалы черепа и потонули в нездоровой красноте. Она больна? Заразилась?

Или просто долго плакала?

Хизаши нахмурился, не сумев определиться, а тут женщина продолжила, понизив голос почти до шепота:

— Берите вещи и уходите. До ночи доберетесь до деревни Токкай, она дальше по дороге. Нельзя вам тут, вы еще такие… такие молоденькие.

Она не отпускала Кенту, но он и сам уже не стремился освободиться, заботливо придержал ее под локти.

— А что, молодые у вас тут не приживаются? Может, целебный, – Хизаши сделал паузу, – источник на них как-то не так влияет?