Книга Крепостная для графа Шереметева, страница 88 – Мелина Боярова, Амари Санд

— Она хочет, чтобы я приполз к ее брату и молил о пощаде? — процедил он. — Чтобы признал поражение и отдал проект в руки казны?

— Или же, чтобы меня отдали ей на расправу, — добавила безрадостно. — Но у нас есть козырь, о котором она не подозревает.

История — вещь чрезвычайно интересная, если умело найти ей применение. Да, в данный момент у нас не было денег. Но сдаваться я не собиралась. Мне всего-то и надо было вспомнить, у кого в этом времени золота водилось больше, чем достаточно, и сделать предложение, от которого никто не сможет отказаться.

На следующий день, нарушая все мыслимые приличия, я отправилась в Гостиный двор. Мне нужен был человек, который станет Саввой Морозовым этого времени. Таким был купец первой гильдии, старообрядец и промышленник Мокеев. Этот человек ворочал миллионами, но аристократы не пускали его дальше передней.

Разговор с купцом получился тяжелым. Он встретил меня с недовольством и нескрываемым подозрением.

— Зачем мне твоя чугунка, сударыня? — пробасил он. — Лошадки привычнее. Овсом ведь кормятся, а не золотыми рублями.

— Затем, Афанасий Кузьмич, — я развернула перед ним карту торговых путей, — что сейчас ваш хлеб из Саратова до Петербурга идет месяцами. Половина гниет, половина уходит на взятки и пошлины. Паровоз доставит его за три дня. Вы станете не просто богатейшим купцом, а настоящим хозяином рынка. Вот увидите, аристократы выстроятся к вам в очередь, чтобы вы разрешили им везти товары по вашим рельсам.

Последний довод зажег в глазах купца жадный огонек и заставил губы искривиться в довольной ухмылке. Такая власть стоила больших денег, и они у него были.

— В долю пойду! — купец хлопнул ладонью по столу так, что подпрыгнули чашки. — Но векселя графа выкуплю сам. Пусть Анна Христофоровна подавится своей спесью.

Не прошло и недели после нашего разговора, как поверенный Анны явился к Дмитрию с требованием немедленной выплаты сумасшедшей суммы. Но тут его ждал пренеприятный сюрприз. В назначенный час в кабинет Дмитрия вошел Мокеев и лично выложил на стол банковские билеты.

— Уплачена сполна, мил человек, — ухмыльнулся купец, глядя на вытянувшуюся рожу чиновника. — И передай барыне, чтобы впредь не совала нос в чужие дела. Нам с графом чугунку строить надобно. Недосуг на ее интриги отвлекаться.

По слухам, Анна закатила истерику и разбила все зеркала в своем будуаре. Новость, что граф Шереметев не только не разорился, но и объединился с «немытым мужиком» чуть не довела ее до белой горячки. Сидела бы на юге спокойно, восстанавливала бы здоровье. Так нет, выхлопотала через знакомых помилование от императора и всего через полгода вернулась из ссылки.

Но нам с Дмитрием некогда было следить за интригами Анны. Уже летом тысяча восемьсот двадцать шестого года был заложен первый участок пути. Черепановы возились с паровозом, который они ласково назвали «Проворным». Для него наш каретный сарай уже был маловат — его разместили в цеху на левом берегу Невы, где был заложен Александровский чугунолитейный завод.

За эти месяцы Дмитрий осунулся и похудел, но во взгляде, с которым он смотрел на первые железнодорожные пути, сквозила немыслимая мощь.

— Смотри, Таня, — он с гордостью указал на рельсы. — Они не верили в нас, думали, что сломаемся, потеряем репутацию и деньги. А вместо этого мы построили мост в твой мир.