Книга По ту сторону стены, страница 36 – Эйа Риверголд

Это были Ке́рсо, А́ксель и Со́мло. Мы долго шли вместе, они часто разговаривали между собой, но это был какой-то странный язык, и я их не понимал. Однако порой они рассказывали мне про себя и про Эхо знакомыми словами. Они вывели меня из яблоневой рощи. После мы стояли у моста. Когда наши пути уже готовы были разойтись, они отвернулись, даже не сказав «прощай». Наверное, не любили прощаться… Проводники лишь предупредили меня, что перейти через навесной мост непросто – и они были правы. Я не успел ступить на дощечку, как хлипкие веревки стали трястись. Вверх, вниз, вправо, влево – мост кружил меня. Я уже думал, что выберусь на другую сторону вывернутым наизнанку. Но я чудом устоял! Наверное, в то время семья молилась за меня.

Я шел еще несколько дней, не знаю точно сколько, потому что солнце висело на одном месте: оно несменяемо, как луна в Сихрате. Вскоре земля подо мной стала белой, и я подумал, что это и есть снег – в голове тут же закружили паучки страха. «Неужели снова Сихрат?!» – удивился я, но вещество было твердым, наверное, мрамор. По его узорчатой поверхности ползали многочисленные ящерицы лунно-белого цвета. Они будто следили за мной. Я хотел было взять одну в качестве питомца: мне было очень одиноко и даже страшно идти в одиночестве. Вскоре даль скрылась за высокими стенами лабиринта, я почти затерялся там, но, к моей удаче, встретил необычных бабочек, которые привели меня к роскошному замку. Это были полупрозрачные существа, каждый размером с маленького ребенка, с головами в форме капли. Их несли тонкие острые крылья, напоминавшие осколки разбитого стакана. У этих бабочек не было глаз, мне казалось, что они слепы, но их душа видела все, и даже больше.

За все то время, которое я провел в пути к замку, мне удалось встретить лишь пару человек. Они тоже, как и ящерицы, были странно повернуты в мою сторону фарфоровыми гладкими лицами. Эти существа были слепы, немы, глухи, потому что у них не было глаз, носа и ушей. Жутким топотом они прошли мимо меня, шепча что-то на том самом языке, на котором говорили Керсо, Аксель и Сомло.

К моему удивлению, замок внутри был пустым, хотя снаружи казался величественным. Лишь в центре зала стоял трон, тоже белый, и потому он сливался с окружающим пространством. На троне, также слившись с ним, как хамелеон, сидела, устало посматривая в зеркало, королева Эларис.

Ее величество просто сидела, поправляя наконечник королевской трости. Такой красоты я еще в жизни не видел: она была идеалом, совершенством, но все же что-то в ней было не так. Гладкая нежная кожа покрывала ее аккуратное, будто выточенное ювелиром тело. Волосы были словно нарисованными: такие золотые и блестящие, длинные и собранные. Маленькую кукольную головку украшала весьма тяжелая корона, бриллианты которой казались тусклой галькой на несравненно прекрасном лице королевы. На нем, словно нарисованные на белом листке, выделялись огромные глаза, в которых утопал каждый, кто смотрел в них. Алые губы сверкали, маленький носик был завершающей великий текст точкой. Но все же что-то в ней было не так.

Она доброжелательно улыбнулась и повела меня к краю своего королевства. Я не понимал ее, но она отчаянно говорила о чем-то на том же языке, на котором общались милые братья-проводники, и мне просто оставалось кивать и улыбаться, совсем как сумасшедшему. Она помахала мне рукой, а похожие на фей слуги – необычные бабочки – быстро начали порхать в знак прощания.