Книга Вероломный бог, страница 69 – Кэмерон Джонстон

— Ох, не может быть, – пробормотал я, и у меня заныло сердце, когда я узнал идущую впереди Эву.

Я выдавил из себя улыбку.

Она перевела взгляд восхитительных зеленых глаз с Чарры на меня.

— Так-так, это же господин Домосед. – Она наклонилась к Чарре. – Надеюсь, дела идут хорошо?

Чарра слабо улыбнулась:

— И полностью законно, как всегда, маг Эвангелина.

— Ну, я совершенно уверена, что мы не найдем никаких нарушений, – ответила она. – Могу я дать совет? На твоем месте я не спускала бы с него глаз. Он твой любовник, верно?

— Ха! – буркнул я. – Если бы.

Чарра метнула в меня полный кинжалов взгляд. Эва вскинула брови.

— Он не в моем вкусе, – сказала Чарра. – Можешь забрать себе, если пожелаешь.

— Пожалуй, в другой раз, – заявила Эва. – Сейчас я на службе. Хорошего дня вам обоим.

Когда мы свернули за угол, Чарра остановилась и покачала пальцем у меня перед носом.

— Ты вроде бы должен был лечь на дно. Берегись ее, она переломит тебя как тростинку.

Я потер руку:

— Это я уже знаю. Не бойся, я не собираюсь к ней соваться.

Она повела меня в полупустую таверну «Пьяный хорек». Мы сели на лавку и заказали эль, а явно страдающий от похмелья бард в цветастом лоскутном плаще дергал за струны лютни в качестве нестройного аккомпанемента для тусклой истории, которую он рассказывал двум сопливым щенкам, завороженно уставившимся на него.

Когда принесли выпивку, Чарра начала сосредоточенно раскладывать карты и документы, а я слушал барда. Дрянное исполнение, но оно все равно навеяло прекрасные воспоминания. Я хорошо знал эту историю: мама рассказывала мне на ночь сказку про путешествие Камлена Кальхуэна. Я отлично помню ощущение чуда, которое вызывала эта история. Одна из последних перед тем, как голоса в голове окончательно довели маму до безумия и смерти. А мерзкий бард все переиначил. Возможно, дело в культурных особенностях горцев и сетарийцев, но в этой версии не было подробностей, делавших мамины истории такими реальными, отсутствовал и ее грубоватый юмор, когда она рассказывала о том, как Камлен узнавал, какие грибы можно есть, а от каких у него прихватывало живот, или как он снова и снова пытался научиться охоте и рыбалке во время своего эпического путешествия на север.

Было столь же поучительно, сколь и увлекательно наблюдать за тем, как Камлен Кальхуэн превращается из мальчика в обреченного героя. А герой в истории барда, похоже, родился с врожденной способностью быть величайшим во всем, без малейших усилий. Думаю, ни один из его героев не срет, не ест всякую дрянь, никогда не болеет и не залечивает раны месяцами. Ну и бред! И все же это было приятным напоминанием о детстве.

— Готов? – спросила Чарра.

Пока я рассказывал о том, что узнал на складе Линаса, в Ордене магов, от продавца информации и главаря банды в Парше, мы едва притронулись к выпивке.

— Зачем преследовать его по Крольчатнику и убивать там, если можно было просто украсть все, что им надо, со склада? – спросил я. – Если Живодер с самого начала хотел его убить, то давно это сделал бы. Нет, Линас что-то разнюхал, в этом я не сомневаюсь. – Я помассировал виски, пытаясь припомнить разрозненные детали видения. – И что-то существенное. Он заплатил своей жизнью, купив время для нас.

Чарра откашлялась и изучила лежащую перед нами карту, довольно примитивную, и чем дальше от главных артерий вроде Рыбачьей дороги, тем меньше подробностей. Крольчатник был размытым пятном с несколькими отметками, уже неактуальными. Нарисовать современную карту Крольчатника попросту невозможно – к тому времени, как ты справишься с этой непосильной задачей, весь район уже будет выглядеть по-другому из-за пожаров, обрушения зданий и нового строительства.