Книга Вероломный бог, страница 66 – Кэмерон Джонстон

Я стряхнул с одежды пыль и грязь и снова оделся, а затем потопал вниз, чтобы обругать сидящую с кислой миной хозяйку и велеть ей сжечь завшивленный тюфяк. Она зашипела, как испуганная кошка в подворотне, и мне пришлось увернуться от запущенной в голову миски. Выплеснув в ответ еще больше проклятий, я выскочил на неожиданно яркий солнечный свет и быстро оставил позади обшарпанный трактир и злобную мегеру, выкрикивающую непристойности мне в спину. Если ей повезет, я не вернусь, чтобы сжечь это место дотла.

Городской шум тоже в каком-то роде действовал очистительно. Сетарис – город туманов, дымки с моря, и будничный гомон обычно звучал приглушенно из-за гула моря и дождя, редко когда удавалось насладиться такой прекрасной погодой. Город расправил паруса – развешанное между домами белье плескалось и хлопало на прохладном утреннем ветерке.

Несмотря на великолепие солнечного света, в текущем по улицам гомоне голосов по-прежнему витало едва ощутимое напряжение. Сетарис был заражен тревогой. Это было нечто большее, чем обычное недовольство крестьян, людей беспокоил не только наплыв беженцев из прибрежных деревень около Железного порта, не только убийства Живодера и пропавшие люди. Представители низших сословий, возможно, даже обрадовались, если бы убийства случались в Старом городе, а не прямо у них на пороге.

Раз сумрачные кошки уже в городе, не стоило задерживаться там, где я выпустил в мир хоть чуть-чуть магии, при свете дня или в темноте. Я быстро пошел к Болотному мосту мимо утреннего рынка у Нищенских ворот, где собирались люди, чтобы наняться на корабли и в рабочие артели. Если повезет, их может взять на службу Арканум или какая-нибудь гильдия. Эти немногие получат стабильное жалованье на долгий срок. Конечно, такие контракты были редки, как бриллианты чистой воды.

На улицах смешивались все языки и акценты: путешественники и иностранные наемники пытались ухватить удачу за хвост, найти постоянную работу или просто исчезнуть. Скрыться в Сетарисе было проще простого. В древнейших текстах его иногда называли Городом снов, в зависимости от того, в каком переводе читать, но, на мой взгляд, точнее было бы сказать Город лихорадочных снов – для многих вновь прибывших он вскоре стал кошмаром.

За десять лет моего отсутствия количество заколоченных и заброшенных лавок и торговых домов увеличилось втрое, как и число нищих. Неужели торговля в наши дни идет так плохо? На каждом углу толпились попрошайки, оборванцы дрались за место и делали все возможное, чтобы выглядеть хуже других: щипали младенцев, заставляя их жалобно хныкать, ухмылялись почерневшими от сажи зубами, выставляли напоказ фальшивые обрубки ног или забинтованные руки, на самом деле просто согнутые вдвое и перевязанные. Я прекрасно знал эти старые трюки – сам пользовался многими из них, когда был уличной крысой. Но сегодня увидел здесь настоящих артистов и пожелал им удачи.

Чтобы подняться по социальной лестнице и попасть в верхний город, существовало только два испытанных пути. Один – удачно родиться с Даром, поэтому у магов-мужчин не было отбоя от женщин, ведь Дар, как правило, передавался по наследству. Как только ребенок становился полноценным магом, его родители быстро перебирались из бедности в относительную роскошь Полумесяца.