Книга Две судьбы Хальвдана Черного, страница 173 – Елизавета Дворецкая

Рагнхильд глубоко вздохнула. Это колечко ей подарил не отец – его передал от имени Сигтрюгга Хельсинг, но снять его и отдать Дагрун вместе с платьем ей в голову не пришло. Но даже не окажись у нее этого кольца, вся череда предков до самого великана Сокни не позволит ей дать на этот вопрос «ответ служанки». Ее приперли к стенке.

Она подняла глаза, по-прежнему с трудом веря тому, что видит. Молодой парень, на несколько лет моложе ее. Черные волосы, меч в черных ножнах – как и рассказывали. Но лицо не мрачное и злобное, а оживленное, полное любопытства. Так настоящий этот облик или нет? Казалось, вот-вот он растает и откроет совсем другое зрелище.

— Да… Хальвдан конунг… – хрипло от волнения сказала она. – Это я – Рагнхильд, дочь Харальда Золотой Бороды из Согна. Только это кольцо мне подарил не отец. Его передал мне Сигтрюгг сын Эйстейна, конунг Раумарики и Хейдмёрка. Я обручилась с ним. Если ты вздумаешь… причинить мне какой-то вред, то станешь врагом и моего отца, и Сигтрюгга.

— На дружбу с Сигтрюггом я и так не рассчитывал, – сказал Хальвдан. – Что же до тебя и твоего отца… Хотел бы я спокойно побеседовать с тобой. Давай пройдем в медовый зал. Там нам никто не помешает.

Рагнхильд заколебалась. Хальвдан держался вежливо, но пойти куда-то вдвоем с оборотнем из Хель…

— Если ты боишься остаться со мной наедине, – Хальвдан заметил ее колебания и удивился, не зная, до чего его настоящий облик не подходит к тому, что ей думалось заранее, – возьми с собой… э, эту девушку. Кто это?

— Это дочь моего воспитателя, Дагвальда Тихого. Она росла со мной.

— Стало быть, тоже благородная дева. Пусть она пойдет с тобой. – Хальвдан смерил Дагрун взглядом – она была не великаншей, но одного роста с ним, и смотрела решительно. – С такой защитницей ты можешь ничего не опасаться.

Дигральди Конь ухмыльнулся с самым довольным видом и преувеличенно любезно уступил Дагрун дорогу к двери. Но теперь Рагнхильд пошла первой. Заняв снова свое законное место, она обрела часть привычной уверенности – или хотя бы могла хранить ее видимость. За ней прошла Дагрун. Хальвдан пропустил их в дверь медового зала и зашел сам.

Сделав несколько шагов, Рагнхильд остановилась и оглядела просторное, высокое помещение: толстые резные столбы, длинные высокие очаги, выложенные камнем, помосты и столы перед ним. Внутри вычищенных очагов лежали большие черные котлы для пиршеств и решетки для жарки мяса. Рагнхильд хорошо знала медовый зал Согне-фьорда, где ее отец давал пиры в священные дни, где сама она совсем недавно помогала ему на Сигрблот и Дистинг. Очутившись в этом месте, она еще лучше вспомнила, кто она такая. Взглянула на деревянные изображения богов в дальнем конце помещения, за полукругом белых камней, обозначавших границу между Средней Оградой и Оградой Асов. Почти всю жизнь она служит им – неужели они за нее не вступятся?

— Улль, Ньёрд, Хеймдалль, Тор и Фрейя, – раздался у нее за спиной голос Хальвдана. – Красивое здание, правда? Я сам еще к нему не привык. Я им владею только с конца этой зимы.

Голос его прозвучал немного гулко в большом пустом помещении, напоминая, что даже он, Пес Хель, всего лишь человек, мошка перед величием богов и их жилищ. Рагнхильд обернулась.

— Но ведь это ваш родовой фюльк, разве нет? Вестфольд ведь издавна принадлежит Инглингам?