Книга Две судьбы Хальвдана Черного, страница 176 – Елизавета Дворецкая

— Ты же не виделась с Сигтрюггом.

— Нет, но я много слышала о нем. Он человек достойного рода… и он сам отвоевал Раумарики. Уже сделал то, что ты только собирался. Я не хочу упрекать тебя, – спохватилась Рагнхильд, что ее слова прозвучали как насмешка, – но он старше…

— Я разбил Гандальва конунга из Вингульмёрка, он мне в отцы годится! – Хальвдан отмахнулся от упоминания возраста.

— Я не могу нарушить слово. Так что не будем больше упоминать о… о женитьбе.

— Ты не виделась с Сигтрюггом и не давала ему никакого слова.

— Но вот его кольцо! – Рагнхильд подняла руку.

— Брось его в море. А если Сигтрюгг обидится, он будет разговаривать со мной.

— Нет. – Рагнхильд избегала поднимать на Хальвдана глаза, но стояла на своем. – Я не могу так поступить. Я… люблю Сигтрюгга. Я не откажусь от него… добровольно.

— Ты не можешь его любить, если вы даже не виделись!

— Мне рассказали о нем… надежные люди.

— То есть Хельсинг?

— А ты можешь упрекнуть его во лживости?

— Нет. Настолько хорошо я с ним не знаком. Рагнхильд, прошу тебя, подумай! Я буду воевать за Раумарики и Хейдмёрк. У меня достаточно удачи, чтобы я победил. Зачем тебе выходить за того, кто проиграет и всего лишится – земель и, наверное, жизни? Зачем тебе такой молодой овдоветь и все потерять?

— Ты так уверен…

— Да, я уверен! Моей удачи хватит, и я хочу поделиться ею с тобой. Разве тебе не хочется быть королевой всего Восточного края, и чтобы наш сын стал владеть еще большими землями? Память о тебе и твоем роде будет славной, пока не рухнет вся Средняя Ограда. Сигтрюгг не может предложить тебе ничего подобного. Ты же умная девушка, я это вижу!

— Собеседника называют умником, когда хотят провести. – Рагнхильд улыбнулась, давая понять, что это шутка. – Едва ли мы смогли бы с тобой ужиться, Хальвдан конунг. Ты моложе меня.

— Ну и что? – Как многих молодых, намек на молодость Хальвдана задел. – Я ведь мужчина. Главное не годы, а удача. У меня ее хватает. Иначе я не сидел бы сейчас перед тобой, да и мало кто обо мне бы слышал.

Его лицо посуровело и правда стало казаться старше. А Рагнхильд вдруг ощутила в своих руках нить норн: от нее, от ее решения зависит, с кем удача будет дальше. Чтобы осуществить свои замыслы, Хальвдану нужно жениться на ней. Если ее он не получит, то, быть может, Раумарики и Хейдмёрк ему тоже не достанутся. А он не похож на того, кто мирится с неудачей. Он будет стремиться к победе, пока жив. Выйдя за Сигтрюгга, она обеспечит ему победу, а Хальвдану, быть может, поражение и смерть – то, что предрекла злая норна.

Ощутив себя на месте той самой норны, Рагнхильд задрожала. Еще сегодня утром она считала Хальвдана чудовищем. Сейчас видела перед собой обычного парня, только с необычными для таких лет притязаниями. Разве она желала ему смерти? Конечно, нет. Но мысль выйти за него по-прежнему казалась ей дикой. Она сделала выбор. Сигтрюгг конунг подходит ей и по годам, и по славе. Она уже так привыкла к мысли о Сигтрюгге и его любви, как будто они уже были женаты лет пять. Ей не нужен муж, которого считают оборотнем и слугой Хель. А это не слухи. Вот ведь они – черная шкура, меч в черных ножнах…

Выйти за человека, который отрубил голову собственному мертвому отцу! Да разве это человек?

— Хальвдан конунг, прошу тебя, не принуждай меня! – взмолилась Рагнхильд. – Я сделала выбор. Я обручена с Сигтрюггом конунгом и я люблю его. Если ты сын благородных родителей… во имя твоей матери, прошу, позволь мне продолжать мой путь!