Книга Вор Мертвого города. Том 2, страница 92 – Андрей Глухарёв

— Ваша сталь мне не нужна, капитан, — наконец ответил я, возвращая взгляд на Гарриса. Голос мой был ровным. — Своей хватает. Но пока сидите тихо и не привлекаете местных обитателей — можете перевести дух. Дальше каждый сам за себя.

Гаррис коротко кивнул. Ему не нужны были клятвы в вечной дружбе — только передышка. Он обернулся к своим и сделал едва заметный знак рукой: расслабиться, но не спать.

Сзади раздалось надсадное кряхтение. Даррен, морщась, пока Лира затягивала повязку на боку, пошевелился и неуклюже запустил здоровую руку за пазуху изорванной куртки.

— Марек… — проговорил он.

Я подошёл, глядя сверху вниз. Он вытащил что-то и протянул на раскрытой ладони. Кусок чёрного оникса. Обломок с неровными зазубренными краями — будто плитку откололи сильным ударом. Поверхность покрывала знакомая клинопись, вырезанная кроваво-золотым составом. Та же порода, тот же стиль письма, что и у плиты из замурованной комнаты Архива. Только обломок — размером с половину ладони.

Я присел на корточки и взял оникс из его рук. Камень холодил пальцы сквозь перчатку.

— Что это? — тихо спросил я.

— Нашёл, пока прятался, — Даррен сглотнул, облизнув пересохшие губы. Лира к тому времени закончила с узлом и вытирала руки о подол мантии. — Когда каменный ублюдок проломил стеллаж, я нырнул под нижнюю полку. Лежал в грязи и щепках, не дыша. Тварь топталась сверху, всё крушила. Камень отлетел мне прямо в лицо.

Он перевёл дух, глаза лихорадочно блестели.

— Прочитать не смог. Но вспомнил ту плитку, что мы искали. Подумал — вдруг часть? Взял с собой.

Я повертел обломок. Символы были неполными, обрывались на сколе.

Воздух рядом чуть пошевелился. Молчун. Всё это время он оставался безмолвной тенью у окна — и вот оказался у меня за левым плечом. Безупречно тихо, как всегда.

Он склонился над моим плечом. Я не стал убирать руку. Его реакция была необычной. Но для существа, которое без интереса взирает на козлоногих демонов и смерть, это была настоящая буря. Молчун смотрел на обломок долгих пять секунд. Я ощутил, как напряглось его тело под плотным плащом. Краем глаза уловил, как его бледные губы едва заметно сжались в линию. Потом выпрямился. Так же бесшумно развернулся и ушёл обратно в свою тень.

Я проводил его задумчивым взглядом. Загадки множились, как крысы в подвале.

— Дай-ка сюда, — раздался скрипучий голос Харгрима.

Гном оставил свои пороховые мешочки, подошёл вплотную, нацепил нелепые медные очки и вперился в обломок. Губы беззвучно зашевелились, перебирая обрывки клинописи.

И тут я заметил одну любопытную деталь. Харгрим, не отрываясь от чёрного оникса, чуть скосил глаза в сторону. На Лиру. Волшебница, сидевшая на коленях рядом с Дарреном, поймала его взгляд. Их глаза встретились на какую-то долю секунды. Короткий обмен без слов. Харгрим едва заметно опустил подбородок. Лира ответила столь же крошечным движением ресниц.

Молчаливое соглашение. Не при нём. Потом.

Я не подал виду, что заметил. Просто сжал пальцы. Отлично. У моего отряда появились тайны от меня. Гном и волшебница-недоучка сколотили собственный клуб по интересам вокруг мёртвых языков. Я аккуратно, невзирая на протесты Харгрима, убрал обломок за пояс, в скрытый карман. Вытащу из них этот секрет, когда придёт время. Пока пусть думают, что я ничего не видел.