Книга Вор Мертвого города. Том 2, страница 20 – Андрей Глухарёв

Я ждал. Ждал крика, звона оружия, свиста стрелы или рычания. Но ответом мне была лишь тяжелая, давящая тишина мертвого города.

Убедившись, что в непосредственной близости нет никого, кто мог бы откусить мне лицо, я медленно поднял голову и впервые по-настоящему осмотрелся.

Мы вылезли в глухой, слепой переулок на самом нижнем ярусе Эре-Нергала. Архитектура Жемчужных Королей, которую я до этого видел лишь в виде размытых контуров за стеной, теперь нависала надо мной во всем своем древнем величии. Это совсем не походило ни на Столицу с ее острыми шпилями и узкими мостами, ни на приземистые, практичные крепости гномов, в которых мне довелось побывать. Здания вокруг были массивными, тяжеловесными, сложенными из колоссальных блоков обожженной глины и темного, пористого базальта. Они сужались кверху, образуя ступенчатые террасы. Крыш в привычном понимании здесь не существовало — только плоские площадки, на которых когда-то, возможно, цвели висячие сады, а теперь громоздились лишь окаменевшие остовы мертвых деревьев, чьи ветви тянулись к кровоточащему небу скрюченными пальцами. Стены домов украшали барельефы. Глубокая, вырубленная с ювелирной точностью клинопись змеилась по каждому камню, перемежаясь с изображениями профилей суровых, бородатых мужчин и существ с телами быков и крыльями стервятников. Но время и проклятие исказили эту резьбу: лица статуй казались оплывшими, а клинописные знаки в тусклом свете напоминали копошащихся скарабеев.

Пространство было спланировано так, чтобы подавлять. Улицы и переулки были слишком узкими для таких исполинских строений. Дома нависали над нами, их террасы выдавались вперед, почти смыкаясь высоко над головой и оставляя лишь узкую, зазубренную полоску беснующегося, багрово-черного неба. Я чувствовал себя клопом, застрявшим между каменными жерновами, которые в любой момент могут прийти в движение.

Внезапно улица содрогнулась от далекого гула. Он зародился где-то очень далеко, за лабиринтом ступенчатых домов. Затем гул взвился вверх, перерастая в протяжный, многоголосый вой. В нем не было ничего человеческого или звериного. Он походил на стон чистой агонии, смешанной со слепой яростью — вопль сотен, а может и тысяч глоток, в которых давно сгнили голосовые связки. Вой прокатился над крышами, отразился от базальтовых стен и осел в узком переулке, слегка взволновав пыль под моими ногами.

Видимо, это и был Сон Дракона. Тот-Кто-Во-Тьме корчился на своем троне, а его свора, лишившись поводка, сходила с ума от тысячелетнего голода.

Сзади, из сточной трубы, донесся скрежет металла и натужное пыхтение. В проеме показались широкие плечи Крэга. Бугай выбрался из ямы с грацией выброшенного на берег кита, лязгнув исстрадавшейся кирасой о камень. Он тяжело выпрямился, его мутные глаза заморгали, пытаясь привыкнуть к серому полумраку. Я тут же оказался рядом, вцепившись пальцами в ремни его доспеха, и силой притянул вниз, заставляя гиганта пригнуться. Крэг послушно опустился в тень, мотнув лысой головой.

За ним, неловко перебирая ногами, выскользнула Лира. Волшебница была белее мела. Услышав далекий вой, она вжала голову в плечи так сильно, что казалось, будто она пытается спрятаться внутри собственного тела. Даррен появился следом. Его глаза безостановочно шарили вокруг, выискивая угрозу, которую он не мог остановить. Наконец, из трубы раздалось витиеватое кряхтение. Показалась каска, а затем и перепачканное грязью лицо Харгрима. Гном вылез наполовину, уперся короткими руками в края проема и, шумно отплевываясь от кислотной пыли, набрал в грудь побольше воздуха.