Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 5 – Екатерина Гичко

— И часто хоёторцы в Арван-Ё наведываются? — горячее дыхание мужчины коснулось затылка.

— Да чего им там делать? — Иррес презрительно оскалился. — Своей смелостью они больше бахвалятся, а не на деле применяют. Расххеридан… ну, Второй Господин Арван-Ё… для них как то самое древнее зло, про которое в салейских страшилках любят рассказывать. У них свои Господа есть, в большинстве своём ревнивые трусы, которые боятся, что смертные сбегут от них под власть других Господ. Нет, хоёторцы боятся и Херидана, и своих хозяев. Если и совались, то только отчаянно безголовые.

— Вы с Лиркой тоже безголовые? — ехидно пропел Риш.

— Мы не хоёторцы, — с достоинством ответил Иррес. — Нет, раньше они туда точно особо не совались. Это в последнее время зачастили.

— Может и раньше ходили, а мы только сейчас их ловить стали?

— Пф-ф-ф, ты хавария как будто плохо знаешь? Это днём там охрана так себе. При солнце всё равно мало кто рискнёт границу пересекать. Пространство-то открытое. Кто-то да заметит, что трава змеится. А ночью в той округе такой отряд бродит! Хаварий его из самых отъявленных бандитов собрал. Одного к одному подбирал. Эти даже жрала не боятся. Про них говорят, что они даже как-то рядом с ним ночевали. Разбили костерок на безопасном расстоянии и зубы скалили, насмехаясь над безмозглой жутью.

— А что за обида в голосе?

— Я жрало создавал не для того, чтобы над ним насмехались!

— Ты создал жрало⁈ — свистящий шёпот хайнеса едва не выдернул Лирку из полудрёмы.

— А чего тебя удивляет? Я много чего создавал и…

Голоса слились в неразборчивое бормотание, и Лирка уплыла в сон.

— Спит? — Риш удивлённо посмотрел на притихшую женщину.

— А ты думал, она будет без сна до утра ворочаться из-за того, что ты изволил рядом прилечь? — Иррес насмешливо оскалился. — Лирка не из трепетных девок. И ты давай тоже не трепещи и спи.

Ещё немного поболтав, Иррес и Риш умолкли и закрыли глаза. В решетчатое окно тянуло тёплым летним воздухом, пыльный неприятный тюремный запах разбавлялся сочным травяным ароматом. Слышался тихий говор часовых, да откуда-то издалека, с хоёторской стороны, прилетали жутковатые крики крохотной птички-шуашѐн.

— Эй, Лирк, ты тут? — раздалось за окном.

В сгустившейся темноте камеры разом вспыхнули две пары глаз. Чуть позже слабо затлела ещё парочка лунообразных щёлок, и проснувшаяся Лирка недовольно выдохнула. Риш и подселенец слегка приподнялись и увидели за окном тёмный, раскачивающийся на верёвке силуэт.

— Так тут ты? — живо поинтересовался мужчина. — Мы с ребятами кой-чего спросить хотели, ты не серчай. Просто по-житейски поболтать.

Но сам голос, подрагивающий живом любопытстве, подсказывал, что говорить мужчина хочет не об огородных посевах и даже не о военной службе. Вроде бравые служивые, а на сплетни слетаются как пчёлы на мёд. То-то у них самые лучшие разведотряды! В тоске по вестям с родной стороны или от большого мира и жизнь соседа сойдёт.

— Эй, ребята! Не здесь. Дальше тяните.

— С тобой сейчас я поболтаю, — поспешил отозваться Иррес: он весь день тосковал из-за того, что ним никто общаться не хочет.

— Стойте! Стойте! Тута они! — внутренний мир даны Лиркаа любопытствующего ничуть не устрашил. — Ой, господин, а я тут почти по всем окнам пролез. Думал уже на другую сторону перебираться.