Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 2 – Екатерина Гичко

— А часовые куда смотрели?

— А часовые нарушителей вязали, — хаварий скривился в досаде. — Они нам в ров этих самовоспламеняющихся червей насыпали. Вы их наверняка помните.

Риш невольно поёжился и посмотрел себе под ноги, проверяя, нет ли там упомянутых тварей.

— Помню…

— А они ж от испуга гадят огнём и сами в нём не горят. Гадят и гадят, сволочи… Мы их водой, а вода горит! Мы их землёй, а земля тоже горит. Потом сообразили и подавили их всех к Тёмным. А огонь уж сам унялся. На салейской земле они, оказывается, долго не горят. Мы после опасались, что хоёторцы с этими червями опять нам беду устроят, но их, похоже, не так просто сыскать. Лирка как-то с болот на хоёторской стороне одного притащила. Всё её тянет всякую гадость изучать, — Гед неодобрительно покачал головой. — Одним словом, маг. Что с этой братии возьмёшь? Ещё и женщина, а это ж племя любопытно сверх меры. Благо, издохла эта гадость ползучая в первый же день. А Лирке я шею намылил… словами нравоучительными, — поспешил добавить хаварий, — чтобы живность больше никакую не смела из Леса приносить. Так она на всякую траву перешла! Вот хитрого ума девка! — Гед почти в восхищении округлил глаза. — По виду вроде такая смирная да послушная. А как до дела доходит, найдёт лазейку, чтобы по-своему сделать.

— Так в её деле написано, что дисциплинирована, приказы не нарушает, — припомнил Риш.

— Так и не нарушает, — Гед развёл руками. — Но разве всего в приказе предвидишь? Вот она и лезет, как таракан, в незаделанную щель.

Услышав сравнение, Риш расхохотался.

— Боги, что друзья, что она… — вытирая заслезившийся глаз, произнёс мужчина.

— Чего? — непонимающе нахмурился хаварий.

— Да это так, жаанидыйская присказка. Саврий обожает её повторять, — отмахнулся Риш и продолжил осматривать местность.

Под южными стенами заставы раскинулось военное поселение, где располагались не поместившиеся в самой крепости части. В основном это был конные и драконьи взводы вместе с конюшнями и ангарами. Другие части кавалерии и драконьих всадников с ящерами располагались в Тишках.

Из-за постоянной угрозы набегов Салея была вынуждена держать здесь более трёх тысяч военнослужащих. И помимо них здесь ещё проживало около трёхсот мирных жителей, которые обслуживали нужды армии и больше зависели от заставы, чем от земли, которую и обрабатывали-то кое-как. Лет десять назад численность войск здесь была больше, но и ситуация с Хоётором была напряжённее. Потом уже сила и частота набегов уменьшились — хоёторцы постепенно смирялись с потерей Арван-Ё, — и необходимость кормить большой гарнизон на заставе отпала. Ещё полгода назад Риш подумывал отозвать с Харинской заставы один батальон и перекинуть его на Сивийскую заставу. Но теперь…

— Перед вылетом из Жаанидыя я направил указ на Тригийскую заставу, чтобы они направили один батальон сюда, — сказал Риш. — Если указ успел до них добраться, то уже должны были выдвинуться в путь.

— Справиться бы, а то вдруг посланник не долетел.

Узээриш помрачнел, недовольно шевельнул ноздрями и признался:

— Я печать не взял.

— Печать? — не сразу сообразил Гед. — Как⁈ Сильнейший, ну как так! Это ж… орудие власти!

— Мысли не тем заняты были.

— Эх, одни беды от баб! — в сердцах выдохнул хаварий. — Я и сам могу письмецо Дасто̀рию отправить, но если упомяну, что тут сам хайнес, боюсь, усомнится без подтверждения. Я бы усомнился. Мож, просто спросить, не прилетал ли приказ… А вас и не упоминать.