Книга Гостевой дом сударыни Бережной, страница 13 – Вивьен Ламур

Вот тогда гостевой дом сударыни Бережной станет местом, куда поедут не только ради моря, но и ради чистоты. Ради того, чтобы не заболеть там, где собрался отдыхать.

Я поймала себя на этой мысли и чуть усмехнулась. Опять за своё. Но план уже зрел в голове.

— О чём задумались, сударыня? — спросил доктор, заметив мою заминку.

— О том, что у нас много работы, — ответила я уклончиво. — И о том, что чистый дом — здоровый дом.

Он кивнул, но, кажется, не совсем понял, о чём я. А я не стала объяснять.

Тут калитка скрипнула. Вошла Агаша с корзиной в руках. Видно, с рынка возвращалась. Увидела нас за столом, всплеснула руками:

— Вера Ивановна! И вы уже на ногах, да ещё гостей принимаете! Не рано ли?

— Доктор говорит, что труд полезен, — улыбнулась я.

— Не рано, — подтвердил Ветров, вставая. — Однако мне пора. У меня ещё два визита к вечеру. Благодарю за угощение, сударыня. Завтра загляну ещё. Погляжу, как вы.

Он поклонился, ловко перешагнул через низкий штакетник и скрылся в своём доме. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри что-то оттаивает.

Агаша поставила корзину на крыльцо, подошла к столу, покачала головой, глядя на самовар и остатки пирога.

— Ну вы и даёте, барышня. Только встали, а уже хозяйничаете. Я-то думала, вы ещё лежите, приду проведать, а вы…

— Хватит лежать, Агаша. Надо дом поднимать.

Я помолчала, собираясь с мыслями.

— Послушайте, я хочу снова открыть гостевой дом. Привести всё в порядок, принимать отдыхающих. Вы помните, как это делалось при дяде Петре. Вы не хотите вернуться? Помогать мне по хозяйству, как раньше?

Агаша удивлённо подняла брови:

— Так ведь дела запущены, денег нет, ремонт нужен. Петра Сергеевича не стало, а вы ещё сами не оправились.

— Всё будет, — сказала я твёрдо. — Я найду средства. У дяди должны быть сбережения, да и я что-то умею. А вы… вы знаете всё хозяйство. Мне без вас не справиться.

Агаша помолчала, глядя на море. Потом кивнула:

— Ладно, барышня. Только не сразу. Я сейчас живу у золовки, но могу приходить каждый день, помогать. А там, глядишь, и совсем вернусь.

— Договорились.

Мы ещё посидели молча, глядя на море. Чай остыл, самовар догорел. Агаша ушла в дом убирать посуду, а я осталась на веранде одна.

Ветер трепал мои ещё влажные волосы, выбившиеся из косы. Где-то вдалеке кричала ночная птица. Я чувствовала приятную усталость, после трудового дня. Но внутри теплилась уверенность: всё будет хорошо. Дом встанет на ноги. А доктор… доктор, кажется, заслуживает того, чтобы к нему присмотреться.

Я усмехнулась своим мыслям и пошла спать.

Завтра новый день.

Первый луч солнца пробился сквозь ситцевую шторку и упал на подушку. Вчерашняя усталость почти отпустила: тело слушалось лучше, чем накануне, голова была ясной, и даже слабость, которая ещё вчера казалась липкой и всепроникающей, отступила куда-то вглубь, напоминая о себе лишь лёгкой тяжестью в ногах.

Агаша ещё не приходила. Мы договорились, что она будет появляться к полудню, помогать по хозяйству. Значит, у меня в запасе несколько часов, чтобы заняться самым важным. Без денег никакой гостевой дом не поднять.

Выйдя в коридор, я почувствовала незримую поддержку той, кого про себя окрестила Ивановной. Тихая, притаившаяся на задворках сознания прапрабабка словно подсказывала дорогу, и я почти без колебаний направилась к дальней комнате в конце коридора. Одна из пяти, которые когда-то сдавались гостям, а последнее время стояла закрытой.