Книга Вечно ты, страница 38 – Мария Воронова

Папа с мамой и Вера пришли в восторг, когда она продефилировала перед ними в готовом платье, а бабушка даже не вышла посмотреть. Мама сказала: «Иди покажись бабушке». Люда чувствовала, что ничего хорошего из этого не выйдет, но все-таки постучалась к ней в комнату. Ответом был уничтожающий взгляд и фраза «ты этого не стоишь».

Короче говоря, платье вызывало в Люде двойственные чувства. С одной стороны, оно было символом маминой заботы и любви, а с другой – бабушкиной обиды, и в итоге здравый смысл подсказал, что в этот раз лучше его не надевать, потому что бабушка и так раздражена вызывающим видом старшей внучки. Против платья был еще один нюанс – Люда трезво оценивала свою внешность и понимала, что не затмит старшую сестру ни при каких обстоятельствах, глупо даже думать об этом, но все же раз замуж выдают Веру, то остальные потенциальные невесты должны выглядеть максимально незаметно.

Поэтому она надела простую черную юбку и кремовую блузку с галстучком. Достаточно празднично и достаточно скромно. И спокойно можно будет помочь Анютке на кухне, не опасаясь посадить пятно на драгоценный шелк.

Анютка жила на улице Плеханова, в двухкомнатной квартире, отдельной, но, видимо, отрезанной от коммуналки, потому что туалет у нее походил на стенной шкаф, а ванна располагалась в кухне за занавеской. Или кухня в ванной, как посмотреть. Люда помнила, как в детстве ее завораживало это обстоятельство, да и вообще, пока они были маленькие, в гостях у Анютки всегда бывало весело.

Люда надеялась поболтать с Анютиными друзьями, но хозяйка пригласила их на другой день, а сегодня были только родственники, их семейство в полном составе и бабушкин младший брат с женой. Генерал пришел последним, когда все уже расположились за столом и собирались приступить к трапезе. Хозяйка побежала открывать, из прихожей некоторое время слышался низкий раскатистый смех и звук поцелуев, потом Анютка внесла вазу с букетом из пяти красных роз, невиданное по зиме дело, мама захлопотала, что надо непременно обрезать кончики под горячей водой и добавить сахар с аспирином, тогда красота постоит подольше, сказала: «Людочка, займись», она встала, и тут появился сам генерал.

Люде он сразу понравился, хоть она от смущения толком и не поняла, как он выглядит. Выскользнула в кухню-ванную, стала отмывать вазу, которая у безалаберной Анютки вся была в пыли снаружи и с осадком внутри, и из своего безопасного укрытия смотрела в открытую дверь, как генерал знакомится с гостями, коротко и энергично пожимает руки мужчинам, склоняет голову перед женщинами.

Мысль, что этот симпатичный человек станет ее родственником, приятно будоражила Люду. Муж сестры – это почти брат, так что вскоре она совершенно спокойно сможет ему сказать, например: «Лев, передай, пожалуйста, соль».

Она так задумалась, что чуть не забыла насыпать в воду сахару.

Внеся в комнату вазу, она быстро уселась на свое место поближе к двери и затаилась за широкой бархатной спиной тети Ларисы, жены бабушкиного брата, надеясь, что та хотя бы сегодня воздержится от своих фирменных вопросиков «когда замуж» и «когда родишь». Тетя Лариса была второй по паршивости овцой семейства, а третьей – непосредственно бабушкин младший брат, в свое время дерзнувший жениться на «столь вульгарной особе».