Книга Прибавление семейства, страница 41 – Мария Воронова

— Когда-то он имел большой вес, был даже депутатом Верховного Совета, – сказала Гортензия Андреевна, поправляя шарфик перед зеркалом, – но время безжалостно к халтурщикам и проходимцам. Я сама его запомнила только потому, что он давным-давно приходил в нашу школу на встречу с учениками. И как ни странно, произвел на меня очень хорошее впечатление.

— Почему странно?

Гортензия Андреевна засмеялась:

— Ознакомившись с тем словесным клейстером, что выходил из-под его пера, я представляла себе невыносимо скучного бюрократа, напыщенного и тупого, а пришел симпатичный человек и интересный рассказчик. Ребята слушали открыв рты, да что говорить, я сама чуть не прослезилась, когда он поведал историю, как крестьянские дети прятались в лесу несколько дней, и единственным источником тепла была их корова. Можно сказать, что тогда я на практике убедилась, что личность творца и его произведения далеко не одно и то же. Ну все, Ирочка, побежала, а то, не дай бог, столкнусь с Кириллом.

«А интересно, от кого это прятались в лесу крестьянские дети? От ужасов царизма или от большевиков?» – подумала Ирина, закрыв за старушкой дверь.

Нет, не знает ответа Гортензия Андреевна, ибо на встрече с пионерами и школьниками писатель точно обошел этот вопрос. Наверное, перо у него потому и было тяжелое и клейкое, что слишком о многом приходилось молчать. Слишком многие факты нельзя было перенести на бумагу, а пустоты приходилось заполнять лозунгами и демагогией.

«Ладно, не будем лезть в душу продажному творцу, – улыбнулась Ирина, с наслаждением вытягиваясь на постели, – проблема эта вечная, как настроить свою лиру – под тихий камертон человеческой души или по указке тех, кто тебе платит. Горбатенко свой выбор сделал и набряцал неплохой капиталец, как политический, так и материальный. Автор роскошно изданных многотомных «опупей», даже если их никто не читает, – фигура мощная, народ прислушивается к его великому мнению по всем вопросам, от ядерной физики до медицины. А тут еще депутат Верховного Совета. Глыба, матерый человечище. В качестве потенциального тестя вариант просто идеальный, особенно если ты голодранец без роду и племени. Браки по расчету пока еще никто не отменял».

Подумав так, Ирина загрустила. Была в ее жизни история, когда однокурсник, который ей очень нравился, скоропостижно женился на толстой Элле только потому, что та была дочкой проректора. Ирина тогда целую ночь проплакала от обиды, что парень оказался таким меркантильным дураком и слабым человеком. Были на курсе и другие ребята, про которых знали, что женились они ради ленинградской прописки и возможностей родителей супруги. В студенческой среде таких альфонсов немножко презирали, чуть-чуть завидовали, часто такие молодые мужья, прорвавшись на новый уровень, теряли старых друзей, но разве утрата детской дружбы не разумная цена за успех во взрослой жизни? В конце концов, человечество всю свою историю смотрело на брак как на выгодную сделку, и ничего, не вымерло, а совсем наоборот. Если сделка честная и обе стороны добросовестно исполняют договор, то, скорее всего, они даже будут счастливы. Романтика романтикой, а надо смотреть правде в глаза – брак по расчету может оказаться крепче брака по любви.

Но когда договор грубо нарушается убийством партнера, это совсем другое дело.