Книга Системный Кузнец XIII, страница 49 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

За столом зашевелились. Гесслер подался вперёд, прищурившись. Бранд медленно поднял голову.

— И что ты предлагаешь? — спросил Адельберт, и в голосе впервые дрогнуло что-то, кроме усталости.

— Выстроить корабельную амальгаму как можно скорее, господин. Не ждать ночи, не плести приманок. Связать флот в единый контур, а потом самим же и спровоцировать их на удар — подойти к черте, заставить Гильдию спустить свою силу с цепи нынче же, пока мы готовы её принять. Они наверняка думают, что выброс — их последний козырь, так сказать погибельная карта для всякого, кто сунется. А мы обратим эту карту против них. Примем удар и заберём всё.

Командор долго смотрел на юнца через стол. Лампа качнулась, и тень от неё проползла по гладкому и дерзкому лицу.

— Знаешь, фон Зольден, — проговорил наконец Адельберт, и на его лице залегла усмешка. — Когда мне тебя приставили, я грешным делом решил, что прислали хлыща для красоты да ради отцовских заслуг. Чтоб после при дворе было кому пыль в глаза пустить — мол, и наш Альбрехт зверя бил. — Он качнул головой. — Удивил ты меня, парень. Каюсь, недооценил.

Юнец чуть склонил голову, но щёки его всё же тронул румянец.

— Скажи мне одно, — продолжил командор, и усмешка с его лица сошла, уступив место прежней тяжести. — Это наверняка сработает? Щит выдержит?

Альбрехт ответил не сразу — и тем понравился Адельберту ещё больше, потому что юнцы, не знающие сомнений, обыкновенно врут.

— Когда дело касается рун, господин лорд-командор, наверняка не скажет никто, — выговорил он твёрдо. — Мы не знаем, какова сила их контура под горой. Может, мой щит примет удар и устоит. А может, треснет и тогда нас всех развеет по проливу пеплом. Честно — не поручусь. — Он поднял глаза, и в них была холодная ясность. — Только выбора-то у нас нет. Чтоб развязать руки, надо принять удар, а чтоб принять удар, надо рискнуть. Иного пути я не вижу, да и никто за этим столом, сдаётся мне тоже.

Командор обвёл взглядом своих советников. Эрхард сидел, поджав губы и мрачно глядел перед собой. Полковник Лотар хмурился, видно переваривал сказанное. А вот Гесслер и Бранд, два старых морских пса, глядели на юнца с угрюмым воодушевлением.

Внутри Адельберта всё противилось. Тридцать лет командования конницей научили его не ставить тысячи жизней на чертёж, наспех выведенный вином на столе. Любая осечка с рунами грозила флоту полным уничтожением.

Но король оказал ему великую честь — доверил поход, от которого зависела его жизнь и судьба всей Альдории. А ни одно сражение, стоящее того, чтоб его помнили, ещё не было выиграно без риска. На суше или на воде — это оставалось неизменным. Кто хочет верную победу, тот пусть сидит дома и считает медяки, как магистр Эрхард.

Адельберт фон Грайфенхорст выпрямился во весь свой немалый рост, и плечи его заслонили качающийся свет лампы.

— Согласен, — коротко ответил он. — Строим амальгаму. Фон Зольден отвечает за чертёж. Бранд рассчитывает фигуру, Гесслер расставляет вымпелы. Лотар готовит людей к высадке сразу после удара. — Он упёрся костяшками в карту пролива. — Времени нет. Выполнять.

* * *

До полудня оставалось всё меньше времени. Я безостановочно гнал работу. Третий болт лежал на тряпице, и я покрывал его кромку льдом. Тонкая нить Инь ложилась ровно, пряча прослойку кварца под прозрачный панцирь. Запас в Нижнем Котле ополовинился, виски ломило от холода. Но поток прерывать было нельзя — малейшая трещина в корке приведёт к детонации снаряда в полёте.