Онлайн книга «Системный Кузнец XIII»
|
Я помолчал. — И вот что ещё держите в уме — тем оружием, что вышло из моих рук, убили Левиафана. Час назад он ещё выл в проливе, теперь его нет. Я стоял в этом самом зале и говорил, что сделаю это железо, и сделал. Слово своё держу. Кому надо будет иметь со мной дело — пусть знает это про меня наперёд. Тон я переменил, заговорил жёстче. — Годами я молод, тут не поспоришь. А повидал, может, поболе иного седого. Видел, как живёт простой люд в деревнях, где буханку хлеба на троих делят. Видел и то, как власть заведена в больших замках — как за парадной дверью душат, как за спасённую крепость платят стражей и петлёй. Меня самого этим когда-то отблагодарили, так что про изнанку я знаю. И намерения у меня всегда были одни — уберечь, подсобить, сделать что-то стоящее. От этих намерений я отступать не собираюсь. Скажу больше. Я и сам, покуда шёл сюда, засомневался было — а нужно ли всё это, может, разумнее просто идти своей дорогой и растить свою силу, ни за кого не отвечая. Засомневался. А потом понял, что не по мне это. Оттого и стою тут. Я снова умолк, дольше на этот раз. В зале было тихо, только жаровни шипели. — Я внимательно изучу всё, что даёт мне устав, — сказал я. — Каждое право и каждую обязанность. И следить буду твёрдо, чтобы обязанности эти исполнялись строго. Покуда я здесь и покуда за мной стоит Грандмастер, бардака вокруг не будет. Всё станет делаться во благо тех, кто на этом острове живёт, и во благо общей нашей заботы. Я не против друзей. Буду рад тем из вас, с кем сложится по-доброму. И к врагам готов, если у кого дойдёт до вражды. — Тут я задержал взгляд на Сильвии ровно столько, чтобы она поняла, что я запомнил её слова. Сильвия смотрела на меня, и лицо её не дрогнуло. — Скажу, отчего мне это место близко, — продолжил я. — Я вижу людей, насквозь порой вижу — кто чем дышит, что у кого на уме за гладким словом. Это со мной с малых лет. Долго было мне и проклятием, и даром разом, потому что видеть — оно тяжело, не всегда рад тому, что разглядишь. А теперь выходит, что этому есть применение доброе. Око для того и ставят, чтобы видело. Стало быть, я на своём месте. Я обвёл их снова. — И вот ещё что запомните — должность новую я принял, а главного своего дела не брошу. Я — кузнец, им и останусь. Считайте, что в Цитадели теперь одним мастером больше — таким, что готов встать к горну, когда понадобится работа, которую больше некому сделать. Понадобится железо — приходите. Скую. Я почувствовал, как Брок за плечом переступил с ноги на ногу. — И последнее, — сказал я. — Чтобы Совет зря не тревожился раньше срока. Тут говорили, будто Око — это наречённый преемник, будто я через год-другой сяду в это кресло и вы мне станете кланяться. Так вот, метить в Грандмастеры я не мечу. Нет у меня такой охоты. По крайней мере сейчас, пока я сам не пойму, надо оно мне вообще или нет. Я откликнулся на зов человека, которого чту, и только. — Я поглядел на Иль-Примо, потом опять на круг. — Грандмастер — не король, верно. И не дож. Но само слово это говорит, кто он таков — великий мастер. Про это стоит помнить всякому. Прислушиваться к нему, учиться у него, брать его опыт, пока есть у кого брать. Я вот намерен брать. Перевёл дух и закончил тише: — Грандмастер сказал — Око это глаз, чтобы видеть, и бить ему нечем. Так и есть. Только взглядом иной раз можно сделать больше, чем кулаком. Бывает, чтобы выиграть бой, и заносить руку не надо — довольно того, что тебя разглядели и поняли, что ты видишь. Я обязуюсь быть честным до конца. А честность требует твёрдости, иначе она пустая. Вот с этим я и вступаю в Око. Таковы мои намерения, и других у меня нет. Я замолчал и отступил на шаг назад, к своим. В зале держалась тишина. Я поглядел на лица и по ним понял, что речь воспринялась тяжело, каждому по-своему. Октавио щурился и что-то прикидывал. Гор глядел на меня с угрюмым любопытством, и в этом любопытстве было больше уважения, чем прежде. Двое в углу переглянулись, и на этот раз в переглядывании читалась опаска. Сильвия сидела прямо, неподвижно, и по тому, как замерли её сложенные руки, я догадался, что мои слова про то, что я вижу людей насквозь, она приняла на свой счёт и запомнила. И я понял главное, ради чего, может, и стоило всё это затевать. Мне теперь надо разобрать их поодиночке. Понять каждого. С кем из этих шестерых можно иметь дело, а от кого держаться подальше и глядеть в оба. Вот это настоящая работа, что ложилась на меня с печатью Ока, и куда потяжелее любой ковки. Иль-Примо смотрел на меня, и на сером усталом лице его проступило что-то живое и довольное. Он медленно склонил голову. — Благодарю тебя, Кай, — сказал старик. Продолжение: https://author.today/reader/618532/5908419 |