Книга Карп в сухой колее. Том 1, страница 120 – Софья Ленская

— От вас я не утаивал ничего, мне и самому было известно не так много.

Юн Шэнь хмыкнул. Он, конечно, не верил в эти россказни.

— Я принес вас в поместье на мече, когда в Павильоне ароматов разразился пожар, – рассказывал Цао Сяошэ, пока медленно и аккуратно разбинтовывал плечо.

— У тебя есть меч?

Странно спрашивать такое у заклинателя, пусть и бродячего, хотя в том, что Цао Сяошэ в действительности им был, Юн Шэнь сомневался. Кроме того, клинка при нем он еще ни разу не видел.

— Да, – вопрос не задел Цао Сяошэ, и он ответил так же спокойно: – Я нечасто им пользуюсь, но это был особый случай.

Юн Шэнь прошелся взглядом по комнате и приметил кое-что необычное, а именно сложенные на стуле мантию и меч в простых, незатейливых ножнах из темного дерева, прислоненный к стене чуть поодаль. Совершенно непримечательный, под стать обладателю. Получается, Цао Сяошэ пробыл тут долго.

— А что же слуги? Мне запретили покидать поместье и заперли в покоях.

— О, за это можете благодарить учителя. Он позаботился о том, чтобы никто не обнаружил вашей пропажи. Приставленные к вам слуги все это время были заняты крепким сном. А потом пришел этот скромный и сказал, что присмотрит за вами.

Юн Шэнь хмыкнул. Кто бы сомневался, что их опоят.

Цао Сяошэ меж тем полностью разбинтовал руку и вздохнул, ощупывая края раны. От неприятного прикосновения к больному месту Юн Шэнь тихо шипел. Он чуть повернулся, чтобы взглянуть на раненое плечо, и, заметив полосы, расползавшиеся от раны черной паутиной, изумленно замер.

— Последствия Лан Ду, – ответил Цао Сяошэ на неозвученный вопрос. – Вас ударили, хм, отравленным стилетом? Мне было бы проще вас лечить, знай я подробности. Этот яд чрезвычайно сильный, он мог вас убить. И вообще-то убил бы, но удача на вашей стороне, потому все обошлось.

Юн Шэнь поспорил бы насчет собственной удачи.

— Не стилет. Шпилька.

— Ох, отравленная шпилька? Надо же, должно быть, я пропустил что-то волнующее.

— Ей меня ударила служанка Павильона ароматов, приняв за заклинателя. Но… она не хотела навредить – должно быть, подумала, что совершенствующегося такое не страшит, – пояснил Юн Шэнь и шумно втянул воздух, когда Цао Сяошэ начал наносить снадобье из шкатулки прямо на рану. Не прошло и удара сердца, как ту начало нестерпимо жечь.

Шпилька, отравленная таким сильным ядом, была действительно смертоносным орудием. Не исключено, что Дуцзюань носила ее просто из соображений самозащиты. Лан Ду был одним из немногих ядов, которым можно было навредить хули-цзин – все же первоначально эти демоны были лисами.

— Терпите, – отозвался Цао Сяошэ, наблюдая реакцию на лекарство, а после продолжил: – Рядом с Павильоном я видел Сюэ Чжу с некоей маленькой барышней – это та самая?

— Да, – сипло выдохнул Юн Шэнь, стараясь дышать ровно, но все его плечо точно заливало огнем, и это было невыносимо. – Где она сейчас? У нее… у нее был ларец с духовными нефритами и… Ай!

Цао Сяошэ принялся забинтовывать рану и надавил особенно сильно. У Юн Шэня на мгновение потемнело в глазах, а больная рука дернулась.

— Она под стражей в крепости Цзицзинъюй, как и Ху Иньлин. На разных условиях, конечно. Сюэ Чжу заступался за барышню до последнего, – усмехнулся Цао Сяошэ. – Хотя хули-цзин было бы лучше сразу заточить под горой – уж больно сильная демоница, но они все хотят ее допросить… Насколько мне известно, пока безуспешно.