Книга Кодекс Практика: Страница 2, страница 57 – Артем Сластин, Игорь Маревский

У кристалла стоял тот самый крепыш с квадратной челюстью. Только теперь он не сжимал кулаки, а стоял, раскинув руки, и улыбался во весь рот, и свет артефакта играл на его лице, делая его почти божественным. Его товарищ, тот, кто сомневался, теперь хлопал его по плечу и что-то кричал, перекрывая гул толпы.

— Я же говорил! — орал он. — Я же говорил, что у тебя получится! Теперь то у нас всё получится!

Крепыш опустил руки, повернулся к нему. Улыбка на его лице погасла, сменившись чем-то холодным, оценивающим. Он посмотрел на товарища сверху вниз — и тот вдруг резко замолчал, убирая ладонь с плеча.

— У нас? — переспросил крепыш. — Какое ты имеешь отношение к моему успеху?

— Но я же… — растерянно начал товарищ.

— Отвали, — грубо отрезал крепыш и, развернувшись, взошёл на помост, даже не оглянувшись.

Товарищ остался стоять, глядя ему вслед. Его лицо сначала вытянулось, потом исказилось от обиды, и он, опустив голову, побрёл прочь, расталкиваемый теми, кто спешил занять его место в очереди.

Как только отобрали в секту, сразу решил разорвать старые связи. Вот же урод.

Дальше очередь двинулась быстрее. Ещё несколько вспышек — одна средней силы, две слабые, которые секретарь всё же засчитал как «годен», видимо, добирая квоту. Но в основном люди уходили ни с чем. Я насчитал ещё пятерых, прошедших отбор, пока очередь не подошла к концу. Правда, в основном это были дети. Взрослых, кроме того крепыша, больше не было.

И тут я понял, что сижу, вцепившись в край скамьи, и просто смотрю на сцену, хотя мне нужно действовать. Я же чувствовал ци, я же медитировал. Кодекс показывал, что мой потенциал вырос. Значит, у меня есть шанс.

Я встал, спустился с верхнего ряда, протиснулся сквозь толпу. Секретарь за столом, записывавший имена, поднял голову, окинул меня взглядом и едва заметно поморщился. Ну да, выглядел я не лучшим образом. Грязный, помятый, с мешком за плечами и синяками на лице.

— Имя? — спросил он без энтузиазма.

— Ян. Ян Лан.

Он записал, махнул рукой в сторону сцены.

— В конец очереди. И приведи себя в порядок, выглядишь как бродяга.

Пропустив его слова мимо ушей, потому что бани мне всё равно негде было найти, я встал туда, где собирались желающие. И они все как один моложе меня, смотрели с любопытством и презрением. Оборванец, который тоже хочет стать учеником секты? Смешно. Но я не обращал внимания.

Очередь таяла. Ещё один. Ещё два. Ещё пять. Все — мимо. И вот, наконец, моя очередь.

Я подошёл к кристаллу, чувствуя, как на меня смотрят тысячи глаз. Внутри всё сжалось в тугой, холодный ком, браслет на запястье завибрировал, предупреждая о духовном предмете. Я поднял руку, коснулся ладонью холодной, гладкой поверхности.

И ничего не произошло.

Ну, то есть, совсем ничего. Кристалл даже не мигнул. Он стоял, такой же мутно-белый, сонный, как и до моего прикосновения. Секретарь нахмурился, посмотрел на артефакт, потом на меня.

— Сломался что-ли? Ещё раз, — сказал он негромко.

Я прижал ладонь сильнее. Представил, как ци течёт по каналам, как накапливается внизу живота, как поднимается к руке. Я знал, что она там есть, эти крохи, которые я накопил той ночью. Знал, что смог её почувствовать.

Ничего. Кристалл не реагировал, не замечая меня, словно я был пустым местом.