Книга Зачарованная река, страница 159 – Ребекка Росс

Юноша часто задавался вопросом, не видел ли он своего отца, сам того не ведая, на городском рынке, на дороге, в залах замка. С годами эти мысли затихали, оставаясь без ответа, но не сейчас.

Он всегда удивлялся, почему отец не объявился и не признал в нем сына.

Теперь он понял…

Его отец был Брекканом.

Торин ехал обратно домой, желая увидеться с Сидрой. Встреча на границе клана прошла лучше, чем он ожидал, и теперь он был преисполнен надежды как никогда. Если Иннес Бреккан продолжит сотрудничать и предоставит им цветы Оренны, они будут на шаг ближе к тому, чтобы найти Мэйзи и других девочек. Возможно, через несколько дней ему удастся взять свою дочь на руки, удастся вернуть ее домой.

Торину нужно было запастись терпением. Он сделал медленный глубокий вдох, чтобы успокоить сердцебиение.

Капитан слез с коня, оставив его у ворот. Пока его не было, здесь прошел дождь; передний двор блестел на солнце. Он заметил, что Йир не охраняет входную дверь, и забеспокоился. Торин вошел в дом, собираясь позвать Сидру.

Голос все еще не вернулся к нему, а рана болела.

Торин сглотнул и осмотрел все комнаты. Корзина с травами и мазями стояла на полке, значит, Сидра не ушла к пациентам. Возможно, она вернулась в сад. Он обошел грядки, но целительницы нигде не было. Капитан на мгновение задержался среди высоких стеблей, пышных цветов и созревших овощей. Его жены здесь не было, но он ощущал ее присутствие среди зелени и полевых цветов.

Затем он поспешил на холм к отцу, но Грэм ее не видел.

Нахмурившись, Торин вернулся в свой двор. Он не имел ни малейшего представления, куда могла уйти его жена, и это заставило его опуститься на колени прямо в саду. Он снова вспомнил их последний разговор, слова, слетевшие с его губ, – резкие, гневные и гордые.

Она сказала, что любит его и в горе, и в радости, а он ничего не ответил. Торин никогда не говорил ей о своих чувствах, и теперь этот шанс был упущен.

В этом вынужденном молчании между ними он заметил сад, поросший сорняками, печаль в глазах Сидры и усталость в ее позе. Ей было больно, и он хотел помочь ей перенести эту боль, как она переносила его.

Он посмотрел на свои руки, покрытые грязью и шрамами от клинков.

«Что ты выберешь для своих рук, Торин?» – тогда эти слова оскорбили его, но голос Сидры все еще звучал в его голове, как бы он ни старался его заглушить. Слова были подобны семенам, которые медленно прорастали в нем, давая новые всходы.

Он размышлял о своих снах, призраках убитых им людей. Он хотел измениться.

Торин поднялся и оседлал коня. Он даже не знал, куда направляется, и ехал бесцельно, слушая ветер и изучая землю под ногами. Он вспомнил, как впервые встретил Сидру, когда он упал с лошади.

Капитан повернул жеребца на юг и поехал в самое спокойное место на острове – Долину Скалистой Гавани, где родилась Сидра.

* * *

Целительница впервые посещала могилу своей бабушки. Она опустилась на колени и обратилась к траве, земле и камню, хранившим след женщины, которая ее воспитала. Девушка также остановилась у могилы своей матери, хотя ничего о ней не помнила. Постояв на кладбище в долине, она направилась к дому, где выросла.

Земля здесь была пропитана воспоминаниями, и Сидра пропускала их сквозь себя одно за другим. Сначала ручей, ведущий к озеру, где девушка проводила время с молчаливым отцом, ловя рыбу. Затем сад, где случился ее первый поцелуй. Пастбища, где они с братом пасли овец. И, наконец, задний двор, где она впервые обрела веру в духов, где часами сидела рядом с бабушкой, ковыряясь в земле, где узнала секреты трав и силу даже самого маленького семечка. Эта земля видела, как она выросла из ребенка в девушку, а затем в женщину, и Сидра надеялась, что этот приезд будет похож на встречу с близким другом.