Книга История дворца Куньнин. Книга 1, страница 206 – Ши Цзин

Господин Лю, который принес злополучный подарок, почувствовал, как спина покрывается холодным потом. Не раздумывая, он бросился на колени и завопил:

— Ваше величество, пощадите!

Он валялся почти у подножия трона. Императрица-мать его пнула и приказала стражникам:

— Хватайте изменника! В пыточную его! Пусть допросят как следует!

Господин Лю побледнел. Хоть он и принес нефритовый жезл, но понятия не имел, что написано на его обратной стороне. Когда прозвучало обвинение в измене, у бедняги душа ушла в пятки. Он снова и снова бился об пол головой, восклицая:

— Я невиновен! Меня оклеветали, ваше величество! Я всего лишь исполнил приказ и не знаю, чем вызвал ваш гнев! Пощадите! Я ни в чем не виновен!

Шэнь Чжии и Сяо Шу сидели рядом с императрицей-матерью и видели надпись, но не разобрали ее. Теперь, когда разразилась буря, обе не смели заговорить.

Императрица Чжэн тоже была потрясена. Она знала, что нрав у свекрови тяжелый, однако такой гнев означал: случилось нечто серьезное. Обвинение в государственной измене – дело нешуточное.

Видя, что жезл разбился на несколько крупных осколков, императрица Чжэн молча сошла с возвышения и подняла один из них. Прочитав слова «благородных отроков», она побледнела пуще свекрови. Как только стражники схватили господина Лю, супруга правителя взглянула на испуганных девушек, с трудом сдержала волнение и сказала:

— Вы можете идти.

Императрица-мать, чье лицо налилось свинцом, возразить не пыталась.

Барышни поняли, что им не положено знать подробности столь щекотливого дела, поспешно поклонились и вышли. Сяо Шу тоже поднялась и почтительно попрощалась с тетушкой. Только Шэнь Чжии по-прежнему сидела в оцепенении. Племянница императрицы дернула ее за руку и увела за собой прочь из дворца Цынин.

Когда Цзян Сюэнин миновала ворота, на нее налетел холодный ветер – предвестник зимней стужи. Только тогда она почувствовала, что спина покрыта потом.

Вот оно, то самое дело о нефритовом жезле, которое в прошлой жизни повлекло за собой страшные последствия. На обороте его рукояти были вырезаны крамольные слова – обвинение правящего императора. Эпизод положил начало кровавой чистке. Многих дворцовых слуг казнили семьями вплоть до девятого колена. Репрессии коснулись даже знатных семей, в некоторых усадьбах провели обыски с конфискацией. Казни тоже не обошли аристократию стороной.

Дом Юнъи-хоу по делу о нефритовом жезле не проходил, однако избежать подозрений им не удалось. Вспомнив об их семье, Янь Лине и событиях прежней жизни, Цзян Сюэнин почувствовала, как в груди поднимается буря. Она сжала кулаки, спрятанные в широких рукавах, и с трудом заставила себя успокоиться.

«Раз суждено случиться, значит, случится».

В такие моменты нельзя терять самообладание. Чашкой воды не потушить горящий воз с дровами, но вдруг ей удастся спасти из огня хоть кого-нибудь?

Шэнь Чжии, которую вывела из дворца Сяо Шу, растерянно пробормотала:

— Что… что случилось?

Подруга опустила глаза и промолчала. Заметив в стороне Цзян Сюэнин, принцесса подошла и с беспокойством спросила:

— Нин-нин, все в порядке? Ты так побледнела.

Та вдруг вспомнила о Чжэн Бао, и в ее голове созрел план. Едва заметно блеснув глазами, девушка сказала себе: «Другого выхода нет» – и с усилием выдавила улыбку. Однако тень растерянности и страха не сходила с ее лица.