Книга Серый кардинал империи: Путь в чины, страница 79 – Dimash Suleimen

— Гляди-ка, каков сокол! — Олег Владимирович был задет такой прямотой. Он и представить не мог, что какой-то недоучившийся студент посмеет так с ним разговаривать. — Видно, гордыни в тебе не меньше, чем в столичном пиите!

Городничий из родного уезда, видя, что дело принимает оборот честного поединка, вдруг почувствовал себя в своей тарелке. Он расправил усы и провозгласил: — Ну, быть по сему! Раз молодежь желает мериться силами, пусть решают всё меж собой. А я, старый грешник, побуду судьей. И чур — без плутовства!

«Сам ты старый плут!» — едва не вскричал про себя Олег Владимирович. Намек на его недавнее нежелание отдавать Степана уязвил его до глубины души. К тому же, слова про «молодежь» поставили его, важного чиновника в расцвете лет, на одну доску с этим безусым студентиком Морозовым. Но спорить со старшим коллегой было не по чину, и Олег лишь коротко бросил вглубь каюты: — Подать сюда!

Занавес в каюте откинулся, и чиновник Каменский вынес серебряный поднос. На нем стоял стеклянный флакон — такой же прозрачный и изящный, в каких столичные аптекари держат духи. Внутри него, точно в ловушке, замер медный пятак.

Олег Владимирович взял флакон и слегка встряхнул его — монета закачалась, подвешенная на тонкой нити. Алексей Морозов присмотрелся: нить была привязана одним концом к пятаку, а другим — закреплена прямо под гербовой печатью, которой была намертво запечатана пробка.

— Ну-с, господин Морозов, — с ядовитой улыбкой начал молодой городичный. — Я видел, как вы золотите посуду и валите дубы. Красиво, не спорю. Но ежели вы и впрямь такой умелец, как о вас поют, то вот вам задача: сделайте так, чтобы нить оборвалась, но при этом флакон остался цел, а печати — не тронуты.

— И всего-то? — Алексей позволил себе легкую, едва заметную усмешку. — Я готов исполнить вашу волю, ваше высокоблагородие. Причем обещаю: за всё время я даже пальцем не коснусь этого сосуда.

— Быть не может! — воскликнул Олег. — Разве что вы, подобно тем столичным шарлатанам, владеете тайным знанием или магнетизмом!

В те времена в Петербурге и Москве при дворе были в большой моде разные «чудодеи» и мистики, и Олег Владимирович, будучи человеком образованным, втайне побаивался их «штучек».

— Я лишь скромный студент, ваше высокоблагородие, — покачал головой Алексей. — И верю лишь в законы естества, а не в духов. Но способ у меня есть.

— Коль обманешь — Степан останется под замком! — отрезал городничий. — А коли нить падет? — прищурился Алексей. — Тогда не только верзилу отпущу, но и самолично выставлю вам с почтенным коллегой по штофу лучшей заграничной наливки! — молодой городичный с силой ударил ладонью по столу.

— По рукам!

Алексей обвел взглядом каюту, ища необходимое. Городничий из родного уезда, видя, как парень замялся, участливо спросил: — Алёшенька, может, подсобить чем? Нужно ли что из инструмента?

Взор Алексея упал на угол каюты, где в точно таком же широком стеклянном кувшине стояли свежие цветы. — Позвольте мне взять вон тот кувшин, — вежливо попросил он.

Молодой городичный махнул рукой, и Каменский быстро освободил сосуд от букета. Алексей осмотрел «пузатое» дно кувшина, и по его губам скользнула довольная улыбка. — И еще одна просьба к господину Каменскому: велите принести ковш простой колодезной воды.