Книга Бывший. Верни моё сердце, страница 44 – Валери Овчинникова

Я сглотнула.

— Людей не возвращают.

— Тогда хочу заслужить новую тебя.

— Это долго.

— У меня впереди жизнь.

— Ты слишком уверен, что я дам тебе эту жизнь.

— Я уверен только в том, что буду рядом, пока ты сама не скажешь уйти.

Ветер тронул волосы у моего лица.

Андрей поднял руку.

Остановил в нескольких сантиметрах от щеки.

— Можно?

Я могла кивнуть.

Вместо этого сама взяла его за ворот пальто и потянула к себе.

Поцелуй вышел резким.

Слишком честным.

Пять лет тоски, злости, одиночества и памяти ударили одновременно. Губы Андрея были теплыми, твердыми. Он замер на секунду, давая мне возможность передумать. Потом ладонь легла на талию, вторая — на затылок.

Я почувствовала его всем телом.

Сильного.

Горячего.

Сдерживающего себя из последних сил.

Он целовал глубже, и у меня ослабли колени. Пальцы впились в его пальто. Андрей прижал меня ближе, закрыл от ветра плечом. В груди разгоралось то, что я запрещала себе вспоминать много лет.

Его дыхание стало тяжелым.

Губы скользнули к щеке, к виску.

— Марина, — произнес он хрипло.

Я закрыла глаза.

— Только поцелуй.

— Знаю.

Он вернулся к моим губам. Медленнее. Бережнее.

И остановился сам.

Прижался лбом к моему лбу.

— Почему? — спросила я, еще не восстановив дыхание.

— Потому что ты сказала: только поцелуй.

Тепло стало глубже.

Не желание.

Доверие.

Телефон в моей сумке завибрировал.

Я достала его, думая, что звонит Нина Павловна.

На экране было сообщение от неизвестного номера.

Фотография.

Андрей стоит возле моего старого дома утром после расставания. Без пальто, с разбитой рукой, прижатой к двери. Время на записи — 06:17.

Под снимком текст:

Есть видео. Он пришел к тебе через несколько часов. Смотрела бы дальше — увидела бы, что твой Андрей делал, когда решил, что потерял тебя.

Я показала экран Андрею.

Он побледнел.

— Откуда это?

Следом пришел адрес файла.

И короткая подпись:

Оксана. Последняя запись из архива. Галина Сергеевна хранила ее, чтобы помнить день, когда впервые сломала собственного сына.

Я смотрела на фотографию и чувствовала, как остатки тепла после поцелуя уходят из тела.

Андрей стоял у моего плеча. Еще несколько секунд назад его ладонь лежала у меня на талии, губы касались виска, а теперь между нами снова появилось прошлое. Только в этот раз оно пришло не в белой рубашке Алины и не в поддельной расписке.

На снимке был он.

Моложе на пять лет. Без пальто, хотя на улице лил холодный осенний дождь. Темные волосы мокрые, правая рука прижата к двери моего старого дома. На костяшках виднелась кровь.

Время в углу записи — шесть семнадцать утра.

Через несколько часов после того, как он велел мне исчезнуть.

— Ты ездил ко мне? — спросила я.

— Да.

— В ту же ночь?

— Утром. Сначала несколько часов пил и злился. На тебя, на себя, на весь мир. Потом начал вспоминать наш разговор и понял, что ты ни разу не спросила про деньги. Ты вообще не понимала, о чем я говорю.

Я провела пальцем по экрану.

— А раньше это тебя не смутило?

— Раньше я хотел, чтобы ты оказалась виновата. Так было легче после того, что я увидел на фотографии.

Честно.

Больно.

Я убрала телефон в сумку и пошла к машине. Ветер тянул с реки, холод пробирался под платье, каблуки скользили по влажной плитке. Андрей шел рядом и не пытался остановить.