Книга Бывший. Верни моё сердце, страница 55 – Валери Овчинникова

Глаза потемнели.

— Обязательно.

Через три месяца мы поженились.

Без огромного зала, прессы и семейного фонда. Роспись, небольшой ресторан у реки, Нина Павловна в новом фиолетовом платье, Вероника с тостом про богатых мужчин и сотрудники центра.

Галина Сергеевна не пришла.

Андрей отправил ей приглашение с одним условием: она могла появиться только после личного письменного извинения мне и обещания не обсуждать Артема как наследника.

Ответа не было.

Я не страдала.

У моего сына появилась семья. Не идеальная. Живая.

Мы выбрали дом вместе.

Небольшой, светлый, в пятнадцати минутах от центра. С садом, где Артем сразу решил строить взлетную полосу. На первом этаже нашлось помещение для моего кабинета, хотя я по-прежнему работала в центре. Андрей отдельным пунктом записал в договоре, что кабинет используется только по моему желанию.

Ипотеку оформили на двоих.

Я настояла.

Он согласился.

Проект поддержки одиноких матерей открылся весной. Мы назвали его «Рядом». Без фамилий на вывеске. Андрей сидел на последнем ряду во время открытия, не выходил к микрофону и хлопал громче всех.

Вечером после первого рабочего дня я вернулась домой уставшая.

Артем спал.

Андрей ждал на кухне с двумя чашками чая. На холодильнике висели новые рисунки, расписание занятий, список продуктов и фотография с нашей свадьбы.

Я сняла туфли прямо у двери.

— Убери, — сказал он.

— Завтра.

— Ты учишь ребенка порядку.

— У меня был тяжелый день.

Он подошел, поднял меня на руки.

— Что ты делаешь?

— Помогаю уставшей жене.

— Я тяжелая.

— Смешно.

Он отнес меня в спальню, поставил на пол и поцеловал.

Через ткань блузки ладони легли на талию. Губы коснулись шеи. Я закрыла глаза, прижалась к нему всем телом.

— Артем спит? — прошептала я.

— Проверил дважды.

— Дверь закрыл?

— Да.

— Тогда продолжай.

Андрей улыбнулся у моей кожи.

— Слушаюсь.

И впервые за много лет я не боялась утра.

Потому что знала: когда открою глаза, он будет рядом.

Год спустя

Я стояла в ванной с тестом в руке.

Две полоски.

Четкие.

Яркие.

Сердце билось быстро, но страха не было.

В первый раз я сидела на краю старой ванны в съемной квартире и думала, как сообщить мужчине, которого любила. Купила конверт. Писала письмо. Репетировала слова.

Сегодня дверь ванной была открыта.

Из кухни доносился голос Артема:

— Пап, ты соль добавил?

— Добавил.

— Сколько?

— По рецепту.

— Мама говорит, надо по вкусу.

— Мама потом жалуется, что пересолено.

— Я всё слышу! — крикнула я.

— Значит, дверь закрой! — ответил сын.

Я посмотрела на тест.

Улыбнулась.

Прошла на кухню.

Андрей стоял у плиты в домашней футболке и серых брюках. Артем сидел на столешнице, болтая ногами. Ему исполнилось семь. Голубые глаза, упрямый подбородок, новая привычка поправлять волосы рукой — от отца.

— Слезай со стола, — сказала я.

— Я контролирую.

— Контролируй со стула.

Он послушался.

Андрей обернулся.

Сразу увидел мое лицо.

— Что случилось?

За два года он научился считывать меня быстро. Теперь по-настоящему. Не додумывал. Спрашивал.

Я протянула ему тест.

Он посмотрел.

Потом снова на меня.

— Марина…

— На этот раз ты узнаешь первым.

Андрей взял тест осторожно, будто тот мог исчезнуть.

— Правда?

— Правда.

Он шагнул ко мне.

Обнял.

Прижал крепко, уткнулся лицом в волосы. Я почувствовала, как дрожат его руки.

— Мам, что там? — потребовал Артем.

Андрей отстранился, но не выпустил меня.

— У тебя будет брат или сестра.

Сын широко открыл глаза.

— Когда?

— Через несколько месяцев, — ответила я.

— Он будет жить в моей комнате?

— Нет.

— Самолет трогать будет?

— Да, — сказал Андрей.

— Тогда сестра. Она будет играть в куклы.

— Девочки тоже любят самолеты.

Артем нахмурился.

— Тогда надо шкаф с замком.

Я рассмеялась.

Андрей поцеловал меня в лоб.

— Как себя чувствуешь?

— Хорошо.

— Врач?

— Записалась на завтра.

— Я поеду.

— У тебя встреча.

— Перенесу.

— Андрей.

— Что?

Я посмотрела на него.

Он сразу понял.

— Ты хочешь, чтобы я поехал?

— Хочу.

— Тогда перенесу.

Вот так просто.

Без решения за меня.

Без красивых обещаний.

Он спрашивал.

Я отвечала.

Артем уже составлял список вещей для младенца и требовал купить маленький самолет раньше кроватки.

На плите закипел суп.

Андрей выключил конфорку, обнял меня одной рукой, второй притянул сына.

Мы стояли втроем посреди кухни. Рядом лежал тест. На холодильнике висели детские рисунки, фотография со свадьбы и старое письмо, которое я когда-то написала мужчине, решившему, что оно ему не нужно.

Теперь письмо дошло.

Сердце тоже.

И в этот раз Андрей был рядом с первого дня.