Онлайн книга «Флорентийская блудница»
|
Понимаете, господа, ждать полгода близости, мечтать о ней день и ночь – это ли не мука? Желать и не получать. Этот невольный целибат, устроенный мне семейством Грачевых, я переносил с огромным трудом. Именно это воздержание и порождало в моей душе сонмище безумствующих фантомов. О них еще впереди… В этом, новом сне, я приблизился к спящей Машеньке. Не скрою, я не мог оторвать глаз от её темного, чуть выпуклого лобка. Во сне она пошевелилась и, словно невзначай, опустила руку прямо на своё мохнатое сокровище. А после ее ноги раздвинулись, и она как-то странно задышала во сне. Господи, подумал я, наверное, моя девочка тоже давно мучается от телесного желания. Возможно, что она еще ни разу в своей жизни не испытала плотского наслаждения. Самого его пика. Ни разу не испытала полной разрядки. Бедняжка, думал я. За что ей такие муки? Она уже вполне развита… В тот миг я еще думал бог знает о чём. А сам медленно приближался к ней. А потом я присел возле ее раздвинутых ног. И я решился… Нет-нет, я не собирался тут же лишить ее невинности. Это было бы слишком. И это было бы против правил. Я решил лишь немного приласкать ее, дабы доставить ей наслаждение. Я надеялся на то, что она испытает его, даже не проснувшись. Я наклонился к ее паху и еще сильнее раздвинул податливые ноги. Мои большие пальцы легли на ее половые губы. И я с наслаждением лизнул. А после я посмотрел ей в лицо. О, боги, она даже не пошевелилась во сне. Её сон всё так же был глубок, а дыхание казалось ровным. И тогда я с наслаждением задвигал языком. О, мои движения были настолько виртуозными, а язык изгибался так ловко, что через минуту Маша задышала порывисто и согнула ноги в коленях. Она вся подалась навстречу, ухватив мою голову цепкой ладошкой. — Держу пари, что твоя нимфетка не спала… – отозвался Махнев. — По-правде говоря, я тоже так подумал. Но дело обстояло иначе. Она отчего-то забормотала несуразное: «Дядя еще… Пожалуйста, еще…» Глупая, подумал, я. Причем тут дядя? Что же ей снится? Может, ей снится что-то иное? Что она, скажем, ест мороженое. Бог её знает, что снилось моей маленькой невесте. Только она не просыпалась в ответ на мои дерзкие ласки. Я ощущал аромат ее заветного цветка. Его, чуть солоноватый привкус. И я понимал, что Маша далеко уже не ребенок. Что она вполне себе взрослая девушка. Не скрою, это обстоятельство немного угнетало меня. Я с ужасом думал о том, что она с каждым годом будет взрослеть больше и больше. Увы, господа, в этом сне, как и в предыдущей жизни, не менялась моя извращенная суть. Я всё так же любил лишь легкий намек на зрелость. Молочную спелость плода. Почти зеленый вкус. Мне нравилось срывать печать невинности, а после постепенно развращать. Постепенно! И главное в этой игре было то, чтобы объект моего вожделения был абсолютно непорочным. Чтобы все мои исследования и поиск взаимного наслаждения он воспринимал с огромным удивлением, почти потрясением. Чтобы я уговаривал преодолеть стыд, порою даже наказывал и слегка унижал. И миловал при этом. И любил…но после. — Родион, тебе надобно написать научный труд или роман о соблазнении неопытных юниц, – усмехнулся Махнев. – Ты настолько искушен в этом ремесле и вскрываешь такие пласты собственной натуры, что я порою искренне восхищаюсь твоими изысканиями. |