Книга Хозяйка Красного кладбища, страница 83 – Дарья Гущина

— Не унывай, подруга, – Мстишка обняла меня. – До встречи. Пока, Ярь. До свидания, Блёднар. Если что узнаю, напишу.

Я обняла её в ответ, улыбнулась, и Мстишка отступила и исчезла в чёрной дымке «моста». Я снова зевнула и прикинула, сколько Сажен будет до нас добираться. По-моему, он говорил, что от его дома до северных ворот – примерно час ищейским следом. То есть может нагрянуть уже через полчаса – если он дома и если не устал.

— Ярь, будь другом, принеси «сушёнку» и чай, – попросила я. – И чего-нибудь почитать. Здесь подожду. «Сушёнки» побольше бери. Чая тоже.

Помощник тихо свистнул и исчез. А Блёднар закончил – отходной стол с покойницей ушёл под землю, а на его месте выросли ракушка, стол и лавка со спинкой. И, что характерно, плющ на ракушку набрасываться не спешил – шелестел на древесном стволе, недовольно мерцал и попискивал, но место обитания не менял. Значит, недолго силде спать осталось – к утру точно пойдёт прахом.

Саж, давай шустрее. Мы следы снимать не умеем, и Зордана ради них я тревожить не буду. Да и не сможет он, поди, – без амулета же.

— Здесь останешься? – бесшумно подошёл Блёднар.

Вернулся Ярь, и на земляной столик опустились фляги, мешочки с вялеными морскими гадами, кружки, толстый справочник с наговорами. И помощник снова отправился на ночной облёт.

— Нет смысла бегать туда-сюда, – я села за стол и налила в чашку чай – крепкий, горячий. И вроде тепло, но мне отчего-то зябко.

— Что здесь случилось? – Блёднар достал из сумки свою флягу. – Ярь щебетал про «повезло»… И, в общем-то, Рдяна, я согласен. Мне повезло. Ибо ворьё на смотрителей храмов не нападает. Всем же известно: того нечестивца, который подымет руку или повысит голос на служителя храма, ждёт пожизненное проклятие – Бытия и несчастий, Небытия и скорой жуткой смерти, – и смущённо добавил: – Кроме, наверное, тебя. Извини, что провёл. Не хотел, чтобы ты и этим мучилась. Это ищейское дело, не твоё.

Я хмыкнула, глотнула чаю и коротко рассказала. И о том, как сюда добралась силда – туманным следом, – тоже.

— Во мне до сих пор много храмовой силы Бытия, – Блёднар задумчиво опёрся о посох. – И сила Красного вытеснит её нескоро. Кладбище во мне всегда будет сильнее, но кое-какие бытийные наговоры я использовать смогу. Ищейство тоже выветривается не сразу. Человек пропитывается силой так, что и без амулета способен на простейшее, а «мосты» и следы считаются простейшим. Наша силда амулет сдала, но от дел отошла недавно. И сюда добралась на последних каплях силы. Сажен скажет, конечно, больше.

— Если скажет, – фыркнула я. – Ищейцы, как говорил дед, скрытные, коварные и молчат до последнего. И потом, беспокойниками, тоже.

Блёднар улыбнулся в усы:

— В беспокойниках твой дед особенно хорошо понимал. В ищейцах – тоже, – он посмотрел на каплю крови силды и посерьёзнел: – Я тебе ещё нужен?

— Завтра, – я обняла ладонями чашку. – Завтра утром кому-то надо быть очень бодрым и готовым ко всему. И не только Ярю.

— Намёк ясен, – он кивнул. – Работа с кровью много времени не займёт, а Сажену я после об итогах напишу. Не волнуйся, утро на мне. Завтра расскажешь, что посчитаешь нужным.

Он ушёл, а я приникла к чашке и дала волю сомнениям, страхам, нервной дрожи и прочим неприятным чувствам и ощущениям. Потому что мама. Потому что Красное может притянуть и её. И если я права....