Книга Сундучок мертвеца, страница 48 – Дарья Гущина

Змей сдулся ещё больше, но я его ни в чём не винила — он до сих пор поднадзорный и обязан храмам Небытия жизнью. А существо Горюша очень благодарное.

— Ладно, прости, — я обернулась. — Жизнь такая. Докладывай. Главное, идеи не сдавай.

Питомец воспрянул духом и запищал: ремесленные идеи — ни-ни, это святое. Он только о событиях рассказывает. И пускай. Зато теперь можно не разрываться между встречей с силдом Кременом и остальными делами. Силд в курсе всего. Тревогу не бьёт, навещать не спешит. Значит, ничего страшного (пока) не происходит. Появится повод — свидимся.

На кухне я быстро разогрела пряный морской суп, картошку с мясом и грибами. И первое, и второе отдельно положила в маленькие плошки Горюше, отдельно себе, и мы дружно пообедали. Змей моментально смёл обед и вопросительно пискнул.

— Ты даже не представляешь, сколько здесь тайников, — я отодвинула опустевшую суповую тарелку. — И я не представляю. Коридоры, комнаты, ниши... Даже потайные коридоры в подвале. Во времена изучения сил Бытия и Небытия создавалось огромное количество наговоров и знаков, и лишь небольшую часть храмы отобрали как понятное и полезное. Часть изъяли как опасное. А остальное хранят потомки. То, что сочли непригодным. То, что опережало время. Или использовать могли только собственно потомки — в нас силы больше, чем в первом поколении смотрителей.

Горюша свернулся кольцами напротив меня и внимательно слушал.

— В какой-то момент храмы опомнились и попытались забраться в родовые закрома, да поздно, — я взялась за картошку. — Невостребованные знания на всякий случай запрятали и запечатали. И так, что даже ты в эти тайники не проберёшься. Мама говорила, в нужный момент предок дотягивается до потомка и объясняет, где что лежит и как это использовать. До тех пор тайники искать бесполезно.

Змей явственно хмыкнул.

— Ну да, вероятно, наш гость — всё же родственник, которому указали на тайники, — признала я. — И без амулета. Снять защиту дома как-то смог, а поднять — нет. Посмотрим. Сейчас он точно заперт здесь. Или на прорыв пойдёт, или сдаваться. Все тайники на тебе. У меня много другой работы.

Известные тайные ходы Леден изучил, прочистил, разметил бытовыми наговорами и сообщил, что ими сто лет никто не пользовался. А про истончение Бытия, зараза, ничего не сказал — ловко ушёл от темы, а потом вообще сбежал. То ли смотрители ещё с этим не разобрались, то ли не моё дело.

И ладно, у меня своих гора.

Закончив с обедом, я перемыла посуду, прикинула, что наготовленного с утра на ужин хватит, и отправилась в мастерскую. Заметки отца. И ремесленная мелочь для силда Шутнара для отвлечения и расслабления. А Горюшка предсказуемо удрал на поиски тайников — он хорошо помогал с бумагами, но любил их примерно как я. То есть терпеть не мог. Исключение — описания опытов и заявки на изобретения. Вот тут мы оба корпели над бумагами круглосуточно.

Чего бы такого полезного-то придумать?..

Моя мастерская была самой маленькой из пяти, зато с большим тайником. Оный я в первый же уборочный вечер вычистила, заговорила на своей крови, и взломать его не смог даже Горюшка, хотя от старательности чуть в лепёшку не расшибся. Да я не зря столько лет его кормила и изучала — подобрала ключи и к атакам, и к повышенной солёности потоков. Но первую ночь тайник простоял пустым — я проверяла, не покусится ли на него мой гость.