Книга Купчиха-детектив, страница 92 – Лара Барох

— Нет, нет и нет! Пусть творит и приносит свои картины, — резко воспротивился Карабанов.

Ему, как и всем представителям избранной касты, не было дело до убийств простых людей.

Князю пришлось привлечь немалую фантазию и красноречие, чтобы убедить галериста.

— Дорогой Павел Федорович, поймите же, что все эти истории в настоящее время являются лишь догадками. А вот когда нам удастся докопаться до истины и раскрутить этот клубок, то картины, как вы правильно подметили, только прибавят в цене. Ведь вся Москва будет знать эту историю, люди своими глазами пожелают увидеть произведения, вышедшие из-под пера Оникса.

Они спорили горячо и долго, но все же князю удалось пробудить еще одну волну интереса в Павле Федоровиче. Александр Вальдемарович пообещал, что галерист будет получать новости первым и сможет в дальнейшем написать и опубликовать историю «Кровавого художника Оникса».

Только этим и смог убедить Карабанова.

Затем они договорились о сотрудничестве, и мы покинули дом Павла Федоровича.

На следующий день во всех газетах города дали объявление следующего содержания:

«Авдотья Никифоровна будет ждать встречи с художником в полдень среды в чайной «У Заславского».

Князь со своими советчиками выбрали довольно популярное и шумное место в Москве. До встречи оставалось пять дней, и, со слов его светлости, этого времени вполне достаточно, чтобы подготовить городские власти и устроить засаду.

Я с момента, как дала согласие на участие в поимке, чувствовала себя крайне тревожно. В голову лезли нехорошие мысли: а что, если задержание пойдет не по плану? Мы же не знаем, какими ресурсами обладает Оникс, и вообще, кто он такой.

А у меня ребенок, я не могу рисковать Лизой. Да и личная жизнь пошла на поправку, у меня есть ради чего жить, и страшно потерять это хрупкое счастье. Но вместе с тем я не представляла, как смогу жить, зная, что где-то рядом ходит тот, кто ищет со мной встречи с неизвестными мотивами.

И уж если представился такой случай в лице помощи от его светлости, то грех им не воспользоваться. Случаем, конечно.

Князь приезжал каждый день в обед, старательно выбирая время, когда Иван покидал дом, и отчитывался о проделанной работе. О том, что договорился с генерал-губернатором, тот, в свою очередь, «взбодрил» полицейское управление, и они наконец-то зашевелились.

В один из дней он с радостью поведал, что прибыли последние из его помощников, и уж сейчас дело пойдет на лад.

— Авдотья Никифоровна, позвольте поинтересоваться, отчего вы не восстанавливаете дом?

Смешной какой. Права народная пословица: сытый голодному не товарищ.

— Александр Вальдемарович, видите ли, мои доходы не столь велики, чтобы позволить выстроить новый дом, а старый ремонту не подлежит. Он конструктивно испорчен пожаром.

— У меня деньги в долг не возьмете? — с полуулыбкой предложил князь.

— Не возьму, — покачала я головой.

— В таком случае, чем я могу вам помочь?

Мне не хотелось обсуждать с его светлостью столь щепетильный вопрос, это же придется вдаваться в личные детали, а я все еще помнила, что знакомство наше началось с его интереса ко мне. Но вынужденное затворничество сыграло свою роль, поговорить, кроме Ивана, мне не с кем, и я в общих чертах описала князю свое положение и поделилась планами.