Книга Купчиха-детектив, страница 45 – Лара Барох

Так и добрались до спасительного дома.

Авдей на руках занес меня домой, чем перепугал всех.

— Да жива Авдотья Никифоровна, дождем примочило малость, — успокаивал он Дусю.

А дальше меня раздели, намазали вонючим жиром, одели в чистое, натянули на ноги толстые носки, на голову шапку, еще и печь затопили. Это в середине-то лета! Поправлюсь — втык дам за расточительство дров.

Сверху накрыли кучей одеял, и Дуся села рядом поить меня клюквенным морсом с медом и читать молитвы.

Духота, жара, я пыталась откинуть одеяла, но вредная старуха невозмутимо возвращала их обратно и продолжала молиться.

От бессилия я проваливалась в сон, а просыпалась от удушья.

— Пить.

Меня поили теплым морсом, и вновь продолжался борьба с одеялами и старухой. Сколько я проболела — не знаю. Но проснувшись в очередной раз, почувствовала облегчение. Стерлась грань между сном и явью. Я отчетливо поняла и осознала — где я.

— Дуся!

Я хотела гаркнуть, а из горла вырвался жалобный писк.

— Что, голубушка моя?

— Топи баню. Хочу париться. А после пусть батюшка придет — причаститься хочу.

— Никак оправилась? Все выполню, все сделаю.

— И дом проветри, душно мне.

А на следующий день я вернулась к работе.

Визит на фабрику придал мне сил. Я медленными шажками возвращалась к прежней жизни. Страшные события недавней поездки и пугающие картины словно подернулись дымкой болезни. Да, все это, несомненно, происходило со мной, но чем больше проходило времени, тем менее травматичными вспоминались события.

Чтобы окончательно избавить себя от пережитого ужаса, я представляла, что дочитала роман, перевернула последнюю страницу книги и, закрыв, убрала ее на полку. Эта история для меня закончилась, причем если отнестись к ней с холодной головой, то, по сути, я ничего не потеряла, разве что деньги. Но и здесь мое отношение было философским: спасибо, Господи, что не здоровьем. И если позволить себе мыслить совсем уж храбро, то я заплатила за крутое развлечение, дикий выброс адреналина, сравнимый с прыжком с парашютом или экстремальным аттракционом. И пусть временами я вздрагивала, вспоминая пережитый кошмар, он навсегда остался в прошлом.

И только один человек твердо знал, что это не так.

Василию Степанову, моему преданному приказчику, я рассказала «легенду», которую продумала во время болезни уже дома. Дескать, и письмо Абрикосова не помогло. Новгородцы меня долго гоняли по разным лавкам, пока наконец до меня не дошло, что это такой своеобразный способ отказа. Могу ходить еще год, но никто в городе мне не сдаст угол. Осознав это, я вернулась домой, по дороге попала под проливной дождь и простудилась. Все.

Василий обнес крепким словцом упрямцев, пожелав им хвори и отсутствие торговли, после чего показал мне шали, которые они подготовили по одному экземпляру, чтобы я могла выбрать более подходящие.

Произведения искусства! Только представьте себе золотный бархат, вышитый золотыми нитями в виде птиц и диковинных цветков, с золотой бахромой в десять сантиметров. Где они только сумели достать ткань за столь короткий срок? На минуточку, золотный бархат предназначался для королей и императоров. К примеру, трон Бориса Годунова им обшит. Причем бархат, помимо плотности, отличался необычайной легкостью.

Второй образец оказался не менее роскошен. Из нежнейшего пунцового шелка, с бахромой, оттеняющей строгую красоту рисунка. И эта ткань далеко не для всех. Именно из такого шелка изготовили платье будущей императрице Екатерине на бракосочетание с Петром Первым.