Книга Муза Паганини. Скрипач от дьявола, страница 62 – Сина Беервальд

Она кивнула.

— Хорошо. Потому что я хочу от всего сердца предложить вам особый заказ.

Софи уже открыла рот, чтобы ответить, как дверь распахнулась с такой силой, будто на пороге был ураган, не меньше. В комнату ворвалась Антония Бьянки, за ней запыхавшийся слуга вкатил тележку, гружённую роскошными шляпными коробками. Видимо, в пылу приятных трат ей удалось уговорить даже соседнего модиста работать в святой воскресный день – ведь платье без шляпы немыслимо!

— Туда! – Властным жестом Антония указала на угол между умывальником и гардеробом. Затем её взгляд упал на гостью. На секунду она потеряла дар речи, но мгновенно овладела собой. Сжав губы, она окинула непрошеную посетительницу уничтожающим взглядом, даже не поприветствовав мужа.

— А, так это жена того скрипичного мастера, – прозвучало презрительно. – Не припоминаю, чтобы мы договаривались на оплату мадерой.

Это было не вопросом, а констатацией.

— Я… – начала Софи, но под ледяным взором Антонии умолкла. «Только бы не сказать лишнего», – тревожно подумала она, хотя и не чувствовала за собой вины. Впрочем, супруга маэстро, судя по всему, имела богатый опыт в подобных делах – если только не была из тех женщин, что ревнуют без причины.

Роман с Паганини для Софи был немыслим. Она – замужняя женщина, мать двоих детей. К тому же после его рассказа она лишь сильнее запуталась в слухах. Да, он обладал харизмой и очаровывал её – но разве это повод верить ему или, тем более, сближаться? Даже если бы он сам был не прочь…

Антония Бьянки явно кипела от гнева и, казалось, вот-вот устроит сцену, которую услышат во всём Траттнерхофе и на близлежащих улицах. Хуже того – маленький Ахилл мог проснуться. Софи бросила Паганини умоляющий взгляд, и он наконец вмешался:

— Как хорошо, что ты вернулась, Антония. Я пригласил фрау фон Савицкую, чтобы вручить ей рекомендательное письмо – её мастерская проделала превосходную работу.

— Рекомендательное письмо? – недоверчиво переспросила Антония. – Для этой мастерской? – Её голос взлетел до опасных высот. – Для мастерской, которая лишила меня выступления?

— Это твоя точка зрения, – сдержанно парировал Паганини.

— Как скажешь, – язвительно ответила жена и медленно, с подчёркнутым достоинством направилась к креслу, где сидела Софи – очевидно, её привычному месту.

— А теперь будьте любезны удалиться, – с преувеличенной вежливостью продолжила она. – Всё обсуждено. У меня есть дела к мужу.

Софи вскочила.

— Разумеется!

Эта женщина внушала такой страх, что она готова была бежать без лишних слов.

— Простите за беспокойство.

— Momento! – крикнул Паганини, когда Софи уже повернулась к двери. – Мы ещё не закончили!

Удивлённая, она обернулась.

— Что ещё? – прошипела Антония.

Но Паганини не удостоил её и взглядом.

— Я хотел сказать… – Его лицо стало торжественным, будто перед важной декларацией. По спине Софи пробежали мурашки, когда он глубоко вдохнул и твёрдо встретил её взгляд:

— Отныне я поручаю мастерской Савицкого изготовить копию моей любимой «Пушки» – скрипки Гварнери дель Джезу.

— Ты спятил! – вскричала Антония. – Это слишком большая честь для такой мастерской!

Она вдруг рассмеялась.

— А, понимаю! Ты сказал это, чтобы досадить мне.

— Нет, Антония. Хотя… отчасти да. Ты прервала меня в момент, когда я хотел объявить о заказе, – ворвавшись сюда, как мистраль.