Онлайн книга «Белый шторм Спасение на Монблане»
|
— Я… рисую… в уме… – голос норвежца звучал удивительно спокойно. – Сейчас… я "рисую"… наш лагерь… на склоне Монблана… Помнишь… как ветер… сдул… нашу палатку… в первый день? Алехандро кивнул, чувствуя, как по щеке снова течет кровь – трещины на лице открывались снова и снова, не желая заживать. — А я… – он сделал паузу, чтобы перевести дыхание, – вспоминаю… как Луиса… впервые… увидела снег… Она пыталась… его попробовать… но тут же… выплюнула… и расплакалась… Они замолчали, слушая, как пещера дышит вокруг них. Где-то в глубине ледника раздавался тихий скрип – огромные массы льда продолжали свое медленное, неумолимое движение, совершенно равнодушные к двум маленьким людям, застрявшим в их толще. — Знаешь… что самое странное? – Эйвинд внезапно заговорил, и в его голосе появились новые нотки. – Я не чувствую… страха… Только… сожаление… что не успел… сказать столько вещей… Алехандро посмотрел на диктофон. Красный огонек все еще мигал, как маленький сторожевой огонек в этой ледяной пустыне. — Тогда… скажи сейчас… – прошептал он. – Мы… записываем… И в течение следующих часов они говорили. Обо всем. О детстве. О первых восхождениях. О женщинах, которых любили. О словах, которые не сказали. Их голоса, сначала хриплые и прерывистые, постепенно набирали силу, словно находили энергию в этих воспоминаниях. Пещера внимала им, роняя ледяные слезы. Капли падали на пол, замерзали, снова таяли – бесконечный цикл, в котором, казалось, заключена вся суть жизни. Рождаться, таять, снова замерзать. И так – вечность. Четвертые сутки. 15:42 дня Ледяной собор, в котором они оказались, преобразился за последние часы. Стены, прежде покрытые лишь слоем инея, теперь сверкали сложными барельефами – вода, просачивающаяся сквозь толщу ледника, замерзала причудливыми волнами, создавая иллюзию застывшего водопада. В свете фонаря эти ледяные образования переливались всеми оттенками голубого – от почти прозрачного у основания до глубокого сапфирового цвета в толще. Алехандро осторожно провел пальцем по ледяной стене, ощущая под кожей сложную текстуру – здесь гладкие, отполированные участки, там шероховатые наросты, напоминающие кораллы. Его дыхание, тяжелое и прерывистое, оставляло на поверхности инея мгновенно замерзающие узоры. "Посмотри…" – его голос звучал хрипло, но в нем появились новые нотки – что-то вроде удивленного восхищения. "Лед… он ведь живой. Дышит. Двигается. Мы думаем, что замерзли здесь… а на самом деле… мы внутри огромного… живого организма…" Эйвинд медленно повернул голову. Его лицо, покрытое слоем обмороженной кожи, напоминало древнюю фреску – бледное, с трещинами, но удивительно спокойное. Глаза, окруженные темными кругами, все еще сохраняли остроту взгляда. "В Норвегии… есть легенда…" – каждое слово давалось ему с усилием, но он говорил четко, будто эти мысли ждали своего часа годами. "Что ледники – это… дыхание земли. Вдох – лед наступает… выдох – отступает…" Он кашлянул, и капли крови оставили алые брызги на льду. "Мы сейчас… в легких… этого великана…" Алехандро кивнул, наблюдая, как его собственное дыхание превращается в ледяные кристаллы в воздухе. Он достал диктофон – пластиковый корпус теперь был покрыт тончайшей ледяной коркой, которая хрустела под пальцами. |