Книга Хуже, чем развод, страница 13 – Лиза Гамаус

Артём вскакивает, его стул с грохотом падает назад. Хорошо, что на полу ковёр.

— Ты думаешь, Линду убили из-за того, что она узнала правду о смерти Светы?

— Я думаю, что всё связано в один тугой узел, – говорю я холодно. – Измена Мирона, твоя связь с Алисой, смерть Светланы, смерть Линды, этот знак, её фонд. Всё это нити одной паутины. И мы с тобой оказались в самом её центре. Теперь выбор за нами: либо нас тоже съедят, либо мы найдём паука.

В кармане моего халата вибрирует телефон. Незнакомый номер. Я показываю экран Артёму. Он хмурится и вглядывается.

— Алло?

— Виктория Валерьевна? – мужской голос, нейтральный, профессиональный. – Говорит Марк Ковров. Мы не знакомы. Мне нужно встретиться с вами. Касательно дела, которое я вёл два года назад. И касательно новой ситуации. Думаю, вы понимаете, о чём я.

Я чувствую, как по спине пробегает холодок.

— Подождите минуту, не отключайтесь, – прошу я и шепчу его имя Артёму.

Он таращит глаза. Ему это не нравится.

— Это следователь, который вёл дело Светланы, шепчет он мне на ухо.

Я киваю.

— Алло! Где и когда? – коротко спрашиваю я.

— Сегодня. Через два часа. Я пришлю адрес. И, Виктория Валерьевна… – в его голосе звучат какие-то другие, неофициальные нотки, – приходите без «друзей». И будьте осторожны. Некоторые могилы лучше не тревожить. Но, похоже, кто-то уже начал копать.

Могилы? Он, что, говорит моими словами? Что за ерунда? Я просто повторила это за каким-то героем в каком-то фильме, не более того.

Связи нет. Он отключился. Я опускаю телефон.

— Ковров. Он хочет встречи.

— Зачем? – в голосе Артёма снова звучит страх.

— Чтобы рассказать, какую именно могилу вскрыла Линда, – отвечаю я, уже набирая номер водителя. – И, возможно, чтобы показать нам, кто держит лопату.

ГЛАВА 6. Консультация

— Только вас одну, – отвечает мне Ковров. Я пытаюсь настоять на том, чтобы взять Артёма, но голос в трубке становится резким и жёстким. – Либо вы одна, либо мы не встречаемся. Это не для его ушей. Пока, во всяком случае.

Артём, выслушивает и только мрачно кивает.

— Иди. И будь осторожна, – он выглядит разбитым, но в его глазах горит тлеющий уголёк ярости. Он остаётся в номере, чтобы, как он сказал, «попробовать дозвониться до Алисы и понять, что за ад она нам всем приготовила».

Я бы лучше поехала с ним, но раз Ковров так категоричен, спорить не стану.

Адрес приходит по СМС: кафе на Нижней Сыромятнической, в глубине дизайн-квартала. Место, где днём кипит творческая жизнь, а поздно вечером пустынно и безлюдно. Идеально для разговоров, которые не должны быть услышаны.

Марк Ковров – мужчина лет пятидесяти, с лицом, на котором усталость борется с острым, проницательным взглядом. Он сидит в углу, перед ним стоит пустой стакан выпитого кофе, и лежит бензиновая зажигалка. От него пахнет кофе, сигаретами и какой-то безнадёжностью или пессимизмом.

— Садитесь, Виктория Валерьевна. Благодарю, что приехали, – он не протягивает руку для приветствия, а лишь кивает на стул за его столиком. – Мне позвонил утром следователь Ушаков. Он вёл вчерашний вызов на Котельнической. Увидел в базе, что я два года назад вёл дело о смерти Светланы Никольской, и решил по-соседски проконсультироваться. Мол, нет ли пересечений. Формальность.