Книга Хуже, чем развод, страница 12 – Лиза Гамаус

Я настораживаюсь.

— Какого брелока?

— Брелока от ключей в форме крошечного серебряногосоловья. Такого дурацкого, изысканного, купленного в антикварном магазине на Арбате. Я его подарил Алисе на день рождения за месяц до смерти Светы. Света его видела. Я купил его себе, это был мой брелок, и она его видела. Чёрт меня дёрнул подарить его Алисе. Я сказал, что потерял его.

В комнате висит ледяная тишина.

— И где этот брелок должен был быть? – медленно спрашиваю я.

— Алиса сказала, что… что потеряла его в моей машине. За неделю до гибели Светы. Мы встречались как-то в машине. Я потом обыскал весь салон и не нашёл. Решил, что он выпал на парковке.

Мозг, привыкший к анализу данных, начинает выстраивать цепочку с пугающей скоростью.

— Линда нашла этот брелок. Или ей его кто-то передал. И привезла Алисе. Сказала, что это доказательство твоей связи с Алисой на момент гибели жены. Что ты лгал. И, возможно, намекнула, что если уж ты лгал о таком пустяке, то мог солгать и о чём-то большем. Например, о том, что произошло в ту ночь. Это был намёк. Намёк на то, что ты, Артём, мог быть причастен к смерти жены. Или, как минимум, имел мотив – разбитый брак, новая любовь.

Лицо Артёма стало землистым.

— Но это же бред! Я любил Свету! Я не пошёл бы на убийство. О чём ты говоришь, Вика?! Перестань! Что за чушь! Не скатывайся до каких-то примитивных сюжетов.

— Ты изменял ей с её сестрой, – безжалостно обрываю я. – Для следователя, для любого постороннего – это готовый мотив. Преступлений на любовной почве огромное количество, особенно убийств. А если добавить сюда бизнес, страховку, контроль над активами. Линда не просто угрожала Алисе. Она готовила почву. Собирала компромат. На тебя.

Я встаю, подхожу к моему любимому панорамному окну. Город живёт своей жизнью, не подозревая, какие адские конструкции возводятся в его недрах.

— Вопрос в том, зачем? Чтобы шантажировать тебя? Но тогда зачем ей было умирать? Или… – я оборачиваюсь к нему, – или она собирала этот компромат для кого-то другого. И этот «кто-то» решил, что она зашла слишком далеко. Узнала слишком много. Или решила сыграть в свою игру.

— Мирон, – шипит Артём. – Это он. Он использовал её, чтобы собрать на меня всю грязь, а потом убрал, когда она стала рисковать или требовать слишком много. А знак… этот чёртов знак! Это его послание мне. «Смотри, что я могу».

Я качаю головой.

— Слишком вычурно для Мирона. Слишком символично. Нет. Этот знак из её мира. Возможно, это их метка. Метка предателя, который вышел из-под контроля. Или метка выполненного приговора.

Я подхожу к нему, заставляя встретиться взглядом.

— Артём, есть ещё одна возможность. Неудобная. Но её нельзя сбрасывать со счетов.

Он смотрит на меня с немым вопросом.

— Возможно, Линда привезла Алисе не просто брелок. Возможно, она привезла доказательства того, что смерть Светланы не была случайностью. И что эти доказательства указывают не только на тебя. Или не на тебя вообще. А Алиса, увидев это, испугалась не за тебя, а за себя. Потому что если убийство было, то следующей на очереди могла быть она, как сестра, которая слишком много знала или могла что-то вспомнить. А её панические звонки тебе – это не обвинения, а крик о помощи. «Она знает правду, и теперь её убьют».