Книга Дракон из черного стекла, страница 289 – Джим Чайковски

Хотя своеволие Никс раздражало его, Грейлин не мог по-настоящему на нее сердиться. Рыцарь даже подозревал, откуда у нее эта черта характера. В прошлом он сам нарушил клятву, данную королю, и все из-за любви к матери Никс. Еще в юности его жизнь была полна дерзких поступков и безрассудного пренебрежения опасностью. Ему не требовались слова старухи-ниссианки для подтверждения того, что он и без того знал всем своим сердцем. Общность их крови наглядно проявлялась в несгибаемости ее характера, бунтарских поступках и даже в ее злопамятстве по отношению к нему. Грейлин тоже мог затаить обиду и с таким же упорством лелеять ее.

И все же признание этого факта не помогало ему умерить бег гулко бьющегося сердца и ослабить хватку на штурвале шлюпки.

Как от жары, так и от напряжения Грейлина все сильней прошибал пот. Рыцарь очень надеялся, что к тому времени, как шлюпка приблизится к Россыпям, Никс и Даал появятся вновь. Скалы впереди становились все выше, но этого не происходило.

— Где же они? – пробормотал он.

Аррен, который смотрел ему через плечо, даже разинул рот, явно зачарованный тем, что видит свой мир с такой высоты.

Глава охотников чанрё, Иркуан, явно не испытывал подобного восторга. Он забился в самую глубину шлюпки, побелевшими пальцами сжимая кожаную петлю. Его глаза – единственное, что было видно из-под платка – были нацелены на что угодно, но только не на носовое окно. Охотник явно сожалел о том, что не присоединился к своим соплеменникам на этих каменных санях, которые тянули огромные звери с изогнутыми рогами.

Викас и Кальдер держались рядом с ним, словно присматривая за Иркуаном на тот случай, если ему вдруг вздумается открыть кормовой люк и выпрыгнуть наружу.

Шийя, которая расположилась в кормовой части трюма, вдруг встрепенулась. До этого момента ее веки были почти полностью опущены, оставляя на виду лишь крошечные искорки лазурного огня. Сейчас тот ярко отразился в стекле перед рыцарем, когда она широко распахнула глаза.

Грейлин оглянулся через плечо, когда Шийя шагнула вперед. От перемещения ее тяжелой бронзовой фигуры маленькое суденышко опасно покачнулось. Она быстро подсела к нему.

— Что тебя смутило? – встревоженно спросил он.

Шийя указала на нагромождение скал впереди.

— Зарево обуздывающего напева, поднимающееся подобно дыму. Внезапно возникшее и очень яркое.

Грейлин резко вдохнул, понимая, что это значит.

«Никс и Даал в беде».

Наплевав на риск, он утопил педаль в пол. Из кормовой горелки с ревом вырвалась длинная струя пламени, отражаясь в черном стекле. Нацелившись на изрытую трещинами каменную стену, он молился, чтобы их полет не привлек внимания Дракона.

Хотя куда больше волновало его сейчас совсем другое.

«Только бы добраться туда вовремя!»

* * *

Никс уже из последних сил сохраняла огненный ореол обуздывающего напева вокруг себя и Даала. Его золотое свечение успешно отразило первую атаку темных призраков, которые в испуге рассыпались по сторонам. Однако такое не могло продолжаться до бесконечности. В легких у нее уже саднило от напряжения, горло мучительно сжималось.

Баашалийя поддерживал ее усилия, пронзительным попискиванием делая ее напев еще ярче.

Никс ощущала где-то поблизости источник силы Даала, но он оставался вне досягаемости. Пиллар набрасывался на любого манкрая, осмелившегося подлететь слишком близко. Щелкала клыкастая пасть, разбрызгивая яд, и мечущиеся вокруг твари пока что держались на расстоянии.