Книга Дракон из черного стекла, страница 285 – Джим Чайковски

Никс низко пригнулась к Баашалийе, тихо напевая ему, чтобы отвлечься от огненного жара и от страха, который пробирал ее до костей. Он ответил на ее ласку нежностью, которая наполнила ее теплом, облегчая тревогу в сердце. Оба их напева звучали в полной гармонии друг с другом, напоминая о любви, общей ответственности и о том, что любое бремя становится легче, когда есть с кем его разделить.

Окутывающее ее золотое сияние угасающим следом тянулось позади них.

Так она и летела, а Даал мчался слева от нее. Никс постоянно ощущала этот источник силы у него внутри, который так и взывал к ней, обещая напитать ее. Она даже стиснула зубы, чтобы не поддаться ему. Вожделение в ее крови и костях смешалось с желаниями ее сердца. Никс изо всех сил старалась отделить плоть Даала – его теплое прикосновение, его губы на самых нежных местах ее тела, твердый накал его страсти – от того источника силы, который с такой же настойчивостью взывал к ней.

Вот почему ей требовалась некоторая дистанция.

Каждое слияние воедино не приносило никакой ясности, лишь еще больше все запутывая, что уже угрожало ее способности владеть собой – как своим телом, так и своим даром. Она вновь услышала треск ломающихся костей и крик, сорвавшийся с губ Даала – не на пике экстаза, а на волне мучительной боли.

Не без труда выбросив все это из головы, Никс сосредоточилась на предстоящем.

Пока они мчались над глянцево поблескивающим морем, высокие утесы Самскрага постепенно заполнили весь горизонт с севера на юг – черная зубчатая стена, которая поднималась все выше и выше. Никс целилась туда, где значительная часть этой каменной стены выдавалась в стеклянное море, словно нос корабля. Только вот этот корабль давным-давно сел на мель, превратившись в лабиринт из столовых гор с плоскими вершинами, темных ущелий и обломков скал.

Где-то там, внутри, и гнездились манкраи.

Она повернулась, чтобы посмотреть поверх кожистого крыла Баашалийи туда, где верхом на своем рааш’ке летел Даал. Никс совершенно не представляла, как эти песчаные призраки отреагируют на их появление. Будут ли две их летучие мыши рассматриваться как давно потерянные родственники или же как враги, вторгшиеся на их территорию?

Она уже обсуждала это с Джейсом, который опасался территориального инстинкта этой дикой колонии.

И все же Никс продолжала лететь вперед, сознавая простую истину.

«Есть только один способ это выяснить».

* * *

После обжигающего полета над стеклянным морем Даал наконец взмыл к громоздящимся впереди растрескавшимся откосам Столбовых Россыпей. Этот горный массив поднимался чередой красных утесов, инкрустированных вкраплениями древних кристаллов, которые ярко сверкали на солнце. Эту некогда монолитную возвышенность вот уже множество столетий прорезала запутанная паутина черных пропастей, разделяющих массивные колонны из осыпающегося камня, которые как минимум вдвое превосходили своей высотой ледяную крышу Приюта.

В результате падения этих колонн, схода каменных лавин и обрушений утесов сплошной простор сверкающего стекла внизу раскололся на отдельные пластины. Огромные каменные обломки раскатились далеко по стеклу, образовав на его черной глади красные скалистые острова.

Даал описал над ними плавный разворот. Никс последовала за ним. Бросив взгляд назад, он заметил шлюпку, которая успела здорово отстать от них, не способная угнаться за их более быстрыми скакунами.