Книга Дракон из черного стекла, страница 283 – Джим Чайковски

Однако отправлялись они туда не одни.

Слева от Никс на песке выстроился длинный ряд каменных саней на полозьях из заостренного стекла. Возвышающиеся над ними костяные рамы поддерживали навесы из толстой ковровой ткани, служащие для защиты от палящего солнца. Нагромождения стеклянных торосов у самого берега были разбиты каменными молотами в искрящееся на солнце мелкое крошево, открывая доступ к более ровным поверхностям за ним.

Чанрё называли эти сани кёлкаа, а животных, которые их тянули, – пярдё. Никс смотрела, как закутанные в плащи фигуры заканчивают крепить упряжь на трех таких существах. Звери были вдвое крупней буйвола, с заметно более мощными задними ногами по сравнению с передними.

Никс обратила особое внимание на их узкие головы с массивными изогнутыми рогами, в которые эти твари могли каким-то странным образом трубить. Она сразу узнала эти характерные звуки, буквально вгрызающиеся в череп и заставляющие ее морщиться. Охотники чанрё, которые спасли их тогда на озере, тоже трубили в рога пярдё. Как ей сказали, этот звук способен отпугнуть подавляющее большинство хищников – что теперь Никс могла оценить в полной мере, когда одно из животных встало на дыбы и испустило недовольный рев, ножом режущий уши.

И все же замотанные в длинные полосы ткани мужчины и женщины успокаивали своих подопечных ласковыми словами и тихим свистом. Для предстоящего перехода были быстро приготовлены трое саней, в каждых из которых должны были разместиться по шесть или семь чанрё. Этим людям, в основном охотникам, предстояло следовать позади тех, кто полетит по воздуху, – не столько для участия в предстоящей экспедиции в глубины Столбовых Россыпей, сколько в качестве арьергарда.

Никто из группы Никс не хотел, чтобы эта вылазка закончилась так же, как к тому озеру в хрустальном лесу. Если вдруг что-то их там приземлит, то придется возвращаться обратно прямо по этому раскаленному стеклу.

И все же, если не считать того, что могли пострадать их скакуны, Никс беспокоилась не за себя или за Даала – только за тех, кого они сейчас дожидались.

— Вон они! – крикнул Даал, привлекая внимание Никс назад.

— Почти что вовремя, – отозвалась она.

Из-за дюн показалась летучая шлюпка, отправленная с «Огненного дракона». Летела она низко, ее кормовая горелка была приглушена. Они не хотели будоражить Дракона раньше времени.

Нижние склоны черной горы скрывало сияние солнца, отражающегося в стеклянном море, и скалистая макушка чудовища словно парила в небе. Никс прищурилась, выискивая бронзовые искорки на этих высотах, но, чтобы различить их, потребовался бы дальноскоп.

Колокол назад один из наблюдателей доложил о необычайном всплеске активности вокруг этой черной горы. Это известие взбудоражило Тосгон и многих повергло в панику, но большинство чанрё держались с мрачной решимостью. На деревню и раньше совершались набеги, хотя все подозревали, что это пробуждение Дракона напрямую связано с их новыми гостями.

Если «Огненный дракон» был замечен, вражеский лагерь явно готовился отреагировать, хотя пока что там вроде предпочитали соблюдать осторожность. Судя по всему, после многих тысячелетий изоляции целый ряд странностей этого вторжения привел та’винов в недоумение, и им требовалось время, чтобы оценить угрозу, особенно с учетом того, что небо на юге контролировалось их старым врагом.