Книга Дракон из черного стекла, страница 254 – Джим Чайковски

Охотник – мужчина с жесткими чертами лица и решительно поджатой челюстью – в ответ слегка склонил голову, в то время как глава Тосгона, довольно пожилая женщина, по-прежнему бесстрастно смотрела куда-то в пространство. Понять, о чем она думает и как восприняла пришельцев, было практически невозможно. У старосты Мираш были седые волосы, казавшиеся почти серебряными, и такого же цвета глаза, хотя из-за сильно обветренного и задубевшего от солнца лица более-менее точно определить ее возраст было довольно затруднительно.

Никс поняла, что если она надеется завоевать доверие местных жителей, то ей придется убедить всех троих.

Аррен тем временем продолжал:

— А еще я рассказал им о том, что, по вашему мнению, сокрыто в самом сердце Хагарсана – то, что вам требуется, чтобы сохранить хоть какую-то надежду для всего мира.

— Вторая турубья, – сказала Никс.

Аррен кивнул, хотя вид у него был несколько скептический.

— Я тут посоветовался с Мираш и еще несколькими нашими мудрейшими старейшинами… Никто из них не слышал, чтобы в Хагарсане было спрятано нечто подобное. С другой стороны, ни в одной из наших историй нет указаний на то, чтобы кто-то, кто отправился туда, благополучно вернулся обратно. По крайней мере, в здравом уме и здоровом теле.

Под конец Никс услышала нотку боли у него в голосе.

И все же Аррен продолжал:

— Так что вы требуете от нас слишком многого. Вы хотите, чтобы мы рискнули всем, полагаясь исключительно на предположения и на веру – раздразнили Дракона, который может навлечь гибель на всех нас.

Никс перехватила взгляд Грейлина – знак того, что он предлагает ответить на этот вопрос ей. Похоже, это было еще одно свидетельство тому, что он уже начинал видеть в ней нечто большее, чем просто потерянное и вновь обретенное дитя.

Намереваясь не обмануть его чаяний, Никс прочистила горло и встала.

— Аррен, мы понимаем ваши сомнения. Но готовы предоставить доказательства наших утверждений. – Она подняла руку. – Знакомьтесь – это Шийя.

По этому сигналу та развязала пояс своего одеяния и позволила ему упасть, обнажив ее бронзовую фигуру. Шийя специально посильней нагрела ее, отчего засветилась даже ярче фонаря позади себя.

Предводитель охотников вскочил на ноги, присоединившись к уже стоящему Аррену.

Стражники позади них явно напряглись. Некоторые нацелили на Шийю согнутые пальцы, приложенные ко лбам на манер рожек, – явно оберегаясь от каких-то злых сил.

Эсме тоже встала, быстро заговорив на чанаринском. Никс мало что поняла, но спокойный тон девушки и поднятые ладони свидетельствовали о ее стремлении развеять страхи собравшихся.

Аррен тоже пытался успокоить своих людей. Его сестра уже явно поделилась с ним историей Шийи. Однако он вроде оказался в меньшинстве. Привлеченные возникшей сумятицей, в комнату ворвались еще несколько вооруженных людей. Сверкнули клинки. Крики становились все яростней.

Наконец сквозь шум и гам прорезался твердый голос старосты Мираш.

— Айоу! – резко произнесла она, поднимаясь со скамьи.

Аррен попытался помочь ей встать, но Мираш оттолкнула его и гибкими, уверенными шагами обошла вокруг стола. Никс вспомнила, как Абреш легко скользила вниз по склону дюны. Эта женщина двигалась с такой же кошачьей грацией – настоящее воплощение силы и равновесия.