Книга Дракон из черного стекла, страница 250 – Джим Чайковски

Эсме вздрогнула.

«Предвестником беды…»

— Мы шли еще два месяца, – мрачно сказал Аррен. – А затем, когда наши запасы воды вновь начали иссякать, наткнулись на небольшой отряд охотников чанрё. Они спасли нас и привели в эти земли.

Дыхание ее брата стало более хриплым.

— Но мы не были спасены. Когда мы спали в маленькой пещере у подножия высокой скалы, меня разбудили какие-то странные звуки. Это было похоже на удары камней о песок. Опасаясь обвала, я выбежал наружу и обнаружил, что пустыня усеяна светящимися бронзовыми статуями. Еще одна упала с неба прямо рядом со мной, сильно ударившись о землю.

— Тёвви, – пробормотала Эсме, используя слово на диалекте чанрё, обозначающее та’винов.

— Я не знал, боги это или демоны. И все-таки в ужасе бежал, спрятавшись за грудой валунов. Тёвви ворвались в пещеру. Я слышал вопли, визг, крики боли… – Аррен с остекленевшими глазами повернулся к ней. – И все же я… я так всё и прятался.

Эсме потянулась к руке брата, но он отстранился.

— Вскоре всех остальных вытащили из пещеры – они были слишком изранены, чтобы сопротивляться. А затем… затем выволокли элдрина Танна. В своей слепоте он ничего не понимал, лишь взывая к богам в своих молитвах. Один из тёвви склонился над ним, словно прислушиваясь, – хотя я подозреваю, что лишь только для того, чтобы заглянуть в замутненные глаза шамана. Мгновение спустя старика вздернули на ноги, схватив за горло. С неистовой силой тёвви сорвал голову Танна с плеч и отбросил его обезглавленное тело в сторону.

При этом ужасном воспоминании Аррен покачнулся и отступил на шаг.

Эсме могла лишь догадываться, чем объяснялся столь бессердечный поступок. Та’винам требовались работники. Шаман был признан слишком старым, слишком слабым и бесполезным, чтобы оставлять его в качестве рабочей скотины. Поэтому тёвви бессердечно избавились от этого не нужного им бремени прямо в пустыне.

— Всех остальных они забрали с собой. – Аррен повернулся и схватил Эсме за руку. – А я остался сидеть в своем укрытии.

Тот мучительный выбор до сих пор терзал его.

— Ты ничего не смог бы сделать, – тихо сказала она.

— Лучше б я умер, хотя бы попытавшись!

— Нет, – твердо сказала Эсме. – Бесполезная смерть – это не храбрость.

Аррен лишь отмахнулся от этих слов.

Эсме попыталась отвести разговор немного в сторону, желая получить ответы на свои вопросы.

— Так что стало с остальными? Ты сказал, что они могут быть до сих пор живы.

Этот ее вопрос вроде лишь еще больше расстроил Аррена.

— Я молюсь, чтобы это было не так. Крайне редко чанрё удается вернуть кого-то из своих. Я видел собственными глазами одну такую женщину – это был скорее скелет, чем человек из плоти и крови. Что бы тёвви ни делали со своей добычей, это оставляет ее опустошенной и безжизненной, как будто та ждет какой-то команды двигаться. Однако, если поглубже заглянуть в эти запавшие глаза, все-таки можно углядеть какую-то искорку жизни, запертую в этой бездушной оболочке.

Эсме пришлось заставить себя задать следующий вопрос:

— Что случилось с этой спасенной женщиной?

Аррен пристально посмотрел на нее.

— Это не было спасением. Ее увезли в пустыню и перерезали горло. Это было все, что мы могли ей предложить, – милосердие смерти. Но люди, которых я бросил в пустыне… – Он покачал головой.