Книга Дракон из черного стекла, страница 212 – Джим Чайковски

Мариш приподнял бровь.

— Это настолько важное дело, что ему недосуг засвидетельствовать судьбу, которая постигнет его брата?

Аалийя вздохнула. Она не видела причин скрывать правду – ни от Мариша, ни даже от тридцати трех человек, сидевших позади нее. К настоящему моменту это стало секретом, который уже больше не было нужды хранить.

— Он отбывает со следующим колоколом. Прихватив с собой и Парус, и Крыло в полном составе. А также большой легион Щита.

— Куда?

— В Халендию, чтобы нанести удар по Азантийе.

Мариш, пошатнувшись, шагнул вперед, но был остановлен цепью в руках у тюремщика. В решительном выражении его лица теперь сквозили шок и смятение.

— Что за безумие, сестра? Наши силы напрочь разобьются о Штормовую Стену, коя веками надежно прикрывала этот город! И тогда, в свою очередь, падет империум. Ты обрекла нас на гибель!

Аалийя, сохраняя невозмутимое выражение лица, позволила ему бушевать дальше. Она не стала утруждать себя дальнейшими объяснениями. Как только гнев Мариша немного утих, императрица заговорила снова:

— Только лишь благодаря добросердечию Рами я привела тебя в эту башню, Мариш!

Вообще-то добросердечие Рами было в данном случае изрядно сдобрено настойчивостью Саймона.

В «Попранной Розе» хотели, чтобы она все-таки попыталась умерить терзающие Кисалимри разногласия, хотя бы формально наладив отношения с братом – не столько в расчете на грядущую битву, сколько в надежде на победу в ней. Если маленькой группе, отправленной в Цитадель Исповедников, удастся добиться успеха, то для столь же успешного выполнения всего, что понадобится дальше, сильная и сплоченная империя была бы только плюсом.

— В предстоящие дни нас и вправду ждут великие испытания, – признала Аалийя. – Но это не безумие. Когда имеешь дело с почти что невыполнимой задачей, безрассудство иной раз куда лучше излишней осторожности.

Она мысленно поблагодарила Канте, которому пришла в голову столь мудрая сентенция.

Однако Мариш счел этот совет далеко не столь разумным.

— Ты стремишься к победе, сестра? Или просто желаешь избавить мир от последнего из своих братьев?

— Вообще-то братьев у меня по-прежнему двое. И я бы предпочла не терять ни одного из них. – Аалийя печально покачала головой. – Мариш, наше семейство и без того уже слишком многое потеряло. Вот почему я и вызвала тебя сюда. Чтобы предложить тебе путь к искуплению.

Мариш обиженно кашлянул.

— Искуплению? Обойдусь я и без таких благодеяний! В глазах богов я не совершил ничего дурного.

— Ты убил Джубайра, нашего старшего брата, который всем сердцем любил тебя.

Мариш покачал головой, словно опровергая ее слова. Однако у него все-таки хватило порядочности опустить взгляд, чтобы выказать хоть какую-то толику стыда. Или, может, просто в знак отрицания своей вины.

Мариш не сразу подобрал слова.

— Ты вынудила меня, – наконец пробормотал он.

Аалийя еще сильней сжала упертый в колено кулак, отказываясь ввязываться в подобные пререкания. У нее были дела поважнее.

— Мариш, империуму предстоят тяжелые дни. Я не могу предсказать исход предстоящей битвы, но в любом случае нам нужно выступить единым фронтом. Это единственный способ обеспечить безопасность страны.

Мариш вновь поднял голову, и глаза у него мрачно блеснули.

— Я могу предложить гораздо более простой путь. Передай трон законному наследнику. Позволь мне занять подобающее мне место. И отправить этого халендийского изменника обратно его братцу. Этот конфликт между королевством и империей может закончиться без дальнейшего кровопролития.