Книга Шеф с системой. Противостояние, страница 65 – Тимофей Афаэль

Ярослав стоял рядом со мной на крыльце и смотрел на эту суету с довольной улыбкой.

— Хороший у тебя район, Сашка, — сказал он негромко. — Как там посадник сказал? Злой район? С такими людьми можно горы свернуть.

— Можно, — согласился я. — Если их правильно направить.

Он покосился на меня, заметив, что я смотрю не на еду, а поверх крыш. Улыбка его стала чуть острее.

— Ты ведь уже что-то задумал, да? Вижу по глазам. Давай, колись — что у тебя в голове крутится?

Я посмотрел на площадь, на людей, которые жадно ели хлеб с колбасой и смеялись, чувствуя себя победителями. Потом перевёл взгляд на восток, туда, где за крышами домов и за стеной располагался посад.

— Сейчас поедим — и собирай военный совет, — тихо сказал я. — Мы едем в гости.

* * *

Кухня «Веверина» снова превратилась в штаб.

Мы сидели вокруг большого стола — того самого, который ночью служил баррикадой у двери. Теперь на нём стояли кружки, лежали огрызки хлеба и куски колбасы, а посередине — глиняный кувшин с остатками эликсира.

Ярослав сидел напротив меня, привалившись спиной к стене. Рядом с ним Ратибор — старый воин занял угол, откуда просматривались оба выхода. Привычка, вбитая в кровь. Угрюмый устроился у печки, а Ломов — капитан городской стражи, который непонятно когда успел присоединиться — сидел на краю лавки и выглядел так, будто не понимает, как тут оказался.

Все, кроме Ратибора и Ярослава, валились с ног. Это было видно по красным, воспалённым глазам с лопнувшими сосудами. Адреналин боя схлынул, оставив после себя свинцовую тяжесть. Но спать было нельзя.

Я достал из тайника пузатый флакон с янтарной жидкостью, в которой плавали золотые искорки. Мой неприкосновенный запас.

— Пейте, — сказал я, разливая густую жидкость по кружкам. На дне каждой плескалось всего на два пальца, но больше и не надо было.

— На вкус как удар молнии, зато мёртвого поднимет.

Ярослав первым взял кружку, понюхал и удивлённо поднял бровь.

— Землей пахнет? И железом… Это что?

— Эликсир мой, — ответил я, залпом опрокидывая свою порцию. — Змеиный корень и Золотая родиола. Не принюхивайся — глотай сразу, а то язык онемеет.

Ярослав поставил пустую кружку на стол с громким стуком. Энергия из него теперь била ключом.

— Четыре часа — это целая жизнь, — усмехнулся он, и улыбка эта была хищной. — Ну, воевода, руки чешутся. Кого бить будем?

Остальные тоже приходили в себя. Ратибор крякнул, расправляя плечи, Угрюмый шумно выдохнул, разминая шею. Даже Ломов, который сначала побледнел, теперь выглядел бодрее — взгляд его стал ясным, спина выпрямилась.

— Кстати, о драке, — Ярослав подался вперёд, упираясь локтями в стол. — Григорий мне сказал, что у тебя с местным главой Гильдии, Белозеровым, старые счёты. Это ведь он поджог заказал?

Я кивнул.

— Он.

— Так чего мы ждём? — глаза княжича загорелись шалым огнём. — Мы на взводе, дружина здесь. Поехали к нему прямо сейчас! Вытащим из постели и объясним, что бывает за поджоги. Припугнём так, что он…

— Нет, — я отрезал резко, остужая его пыл. — Белозерова не трогать.

— Почему? — удивился Ярослав. — Испугался Посадника?

— А ты нет? Или не подумал о нем? Зарубить купца — дело нехитрое, но тогда мы станем убийцами, а мне нужно другое.

Я посмотрел на своих соратников.

— С этого индюка я спрошу после открытия. И спрошу так, что он сам в петлю полезет. Я его разорю. Уничтожу его же методами. Он живёт репутацией и золотом — я отниму у него и то, и другое. Я похороню его красиво, чтобы весь город видел. Но сначала — открытие.