Книга Шеф с системой. Противостояние, страница 106 – Тимофей Афаэль

Рядом топтался Елизаров — полная её противоположность. Грузный, краснолицый, в ярко-синем кафтане с золотым шитьём, он громко распоряжался двумя слугами, которые тащили небольшой бочонок.

— Осторожнее, черти! — голос у него был как труба. — Это «Южное Красное», урожай позапрошлого года! Уроните — шкуру спущу!

— Данила Петрович, — окликнула его Зотова ледяным тоном, — вы бы потише. Мы не на ярмарке.

— А что такого, Аглая Павловна? — Елизаров ничуть не смутился, расплылся в широкой улыбке. — Праздник же! Открытие! Я вот хозяину подарок везу, пусть порадуется!

Зотова поджала губы, но промолчала.

Из богатой кареты с гербом вышел посадник — Михаил Игнатьевич, Екатерина узнала его по описаниям дяди. Высокий, сухопарый, с острым лицом и внимательными глазами, которые, казалось, подмечали всё вокруг. Рядом жена — тихая женщина, державшаяся чуть позади мужа. Посадник окинул взглядом здание, задержался на драконьей голове с горящими глазами и чуть приподнял бровь. Единственная реакция, которую он себе позволил.

Чуть поодаль Екатерина заметила грузного, одышливого человека в дорогом, но мешковато сидящем кафтане. Он стоял рядом с худощавой женщиной, которая придерживала его под локоть, и вид у него был одновременно нервный и полный надежды. Чиновник какой-то, судя по осанке и манере озираться.

А потом её взгляд зацепился за человека, которого она не знала.

Он стоял чуть в стороне от остальных, один, без спутников. Строгий чёрный кафтан с серебряными пуговицами, волосы зачёсаны назад, борода аккуратно подстрижена. На первый взгляд — обычный дворянин, может, из небогатых. Но что-то в нём было не так.

Екатерина присмотрелась и точно — глаза. Светлые, водянистые, рыбьи какие-то. А еще он держался настороженно, собранно, будто в любой момент готов либо ударить, либо исчезнуть. Руки со шрамами на костяшках.

Другие гости тоже его заметили. Переглядывались, перешёптывались, но никто не подходил. Никто его не знал, и это само по себе было странно — на открытие такого уровня случайных людей не приглашают.

— Дядя, — Екатерина тронула Шувалова за рукав. — Кто это? Вон тот, в чёрном.

Дядя проследил за её взглядом и нахмурился.

— Не знаю. Никогда не видел, но судя по тому, как он себя держит — не из благородных.

— Тогда что он здесь делает?

— Хороший вопрос.

Человек в чёрном, будто почувствовав их взгляды, повернул голову. Его рыбьи глаза на мгновение встретились с глазами Екатерины и она невольно отступила на полшага.

Он отвернулся первым, будто она не стоила его внимания.

— Интересная компания собирается, — пробормотал дядя. — Очень интересная.

Все они — люди, привыкшие командовать. И все они топтались у порога, не смея войти.

— Господа!

Голос раздался от дверей. Угрюмый стоял на крыльце, широко расставив ноги.

— Хозяин приглашает.

Он толкнул тяжёлые створки, и двери распахнулись.

Изнутри хлынул тёплый, золотистый свет. И запах. Боже, какой запах. Что-то мясное, пряное, с нотами трав и чеснока, от чего рот мгновенно наполнился слюной.

Екатерина шагнула вперёд, обогнав замешкавшихся аристократов и остановилась, забыв дышать.

Снаружи — гарь, чернота, горящие глаза дракона. Кости обгоревших лесов и стены в копоти, похожие на шкуру раненого зверя.

Внутри — другой мир.

Мягкий золотистый свет лился из десятков свечей, расставленных в кованых подсвечниках вдоль стен. Пахло дорогим деревом, воском и чем-то невероятно вкусным — мясом, травами, чесноком. В углу негромко играли музыканты — лютня и флейта, ненавязчиво, на грани слышимости.