Книга Зал костей, страница 58 – Тим Харди

— Вероятно, мастер оружия в крепости Ульфкель увеличил число наук, которым он обучает своих учеников, – заметил Йохан, откусывая очередной кусок.

— Неужели? – Дамона подняла брови. – Надеюсь, тебя он в свое время ничему такому не учил?

— Разве ты тоже учился у Полурукого? – воскликнул я.

— Хотел бы я быть настолько юным! – рассмеялся Йохан. – Нет, тогда Ольфрида звали по-другому. Ольфрид Фалруфсон был главным у воинов Марла, когда мы впервые встретились. Мне тогда было восемнадцать, и мы сражались вместе. Скажем так: после боев Ольфрид никогда не чурался разговоров о достоинствах доброго берийского виски. Три года спустя я бился в том сражении, где его искалечили. Твой отец тогда только-только стал вождем, и многие считали, что ему не стоит водиться с Ольфридом, особенно после того, что случилось с Гаутаром за год до этого. Однако твоего отца отличала одна особенность: он никогда не предавал тех, кто был предан ему. Этот урок хорошо бы усвоить и Йорику. Твоему брату нужно доверять тем, кто его окружает, хотя, признаю, задача не из легких, особенно когда такие люди, как Гаутар, строят козни…

— Ольфрид Фалруфсон? – перебил я. – Ты хочешь сказать, что Ольфрид – брат Гаутара?

— А ты не знал?

— Откуда? Он был мастером оружия еще до моего рождения и ни разу не упоминал о своем родстве.

Йохан задумчиво посмотрел на меня, поставив кубок, и долго молчал, прежде чем снова заговорить.

— Эгиль всегда считался самым разумным в этой семье и правил твердой рукой. Его уважали оба младших брата, Ольфрид и Гаутар, и он долго возглавлял Ромсдаль после смерти их отца, Фалруфа. Эгиль, подобно своему отцу, был настоящим воином и пал в битве с кланом Ворунд, оставив после себя двоих детей, Трома и Фрейю. Гаутар был вне себя от горя и обвинил в смерти Эгиля твоего отца, Кольфинна. Его злило, что тогда Ольфрид сражался бок о бок с Марлом, а затем и с Кольфинном, хотя, конечно, тот делал это с согласия Эгиля. Гаутар заявил, что Кольфинн бросил жителей Ромсдаля на произвол судьбы, что он никогда не оказывал никакой поддержки обороне южной границы своих владений и что ему было все равно, кто погибнет, защищая его.

— Это ложь! – вспыхнул я.

Йохан поднял руку, призывая меня слушать дальше.

— Знаю. Горе творит с человеком странные вещи. Люди говорят, что Гаутар сильно изменился после смерти своей дочери Свены, к тому же его старший сын, Хроар, погиб во время шторма на Редфарском море. Как бы то ни было, Гаутар еще раньше говорил о том, что после смерти старого Марла сам попытается стать вождем, хотя Эгиль и противился. Гаутар заявил о своих правах на сходе клана, однако никто из семей его не выбрал, тем более что Эгиль в открытую поддерживал Кольфинна. Когда Эгиль пал в бою, Гаутар был снова готов бросить вызов, но на этот раз ему противостоял Ольфрид. Только к тому времени он уже стал Полуруким. Искалеченный человек не может править, и Ромсдаль возглавил Гаутар. Вот почему Кольфинн сделал Ольфрида мастером оружия в крепости Ульфкель: чтобы дать ему цель в жизни и убрать его подальше от Гаутара. Так или иначе, как только Ольфрид выступил против притязаний на очередном сходе клана, все отношения между братьями закончились. Тогда Гаутару не удалось заручиться поддержкой ни одного из других домов, даже Хроди Белобородого, и он так и не простил Ольфриду унижения. А теперь подумай о том, насколько сильнее ранило Гаутара последнее поражение. Вот почему я не согласен с Йориком и открыто признаю это здесь, под собственным кровом. Пока в теле Гаутара есть силы, он не откажется от своих замыслов стать вождем. Твой брат упустил возможность покончить с ним раз и навсегда.