Книга Пепельные следы, страница 79 – Александра Н. Пушкина

Она сделала шаг вперед и вдруг метнулась к сводной сестре. Повалила ее на кровать и с неожиданной силой зажала лицо подушкой. Изумленная Сюзанн не успела вывернуться и лишь беспомощно колотила руками куда придется. Сердце стучало у самых висков, воздуха начинало не хватать, а плотная ткань облепила рот и нос, не давая вздохнуть. Сюзанн попыталась ударить Анастасию коленом, но та стояла слишком близко к голове. Кровь пульсировала в ушах, перед глазами поплыли цветные пятна. Сюзанн с ужасающе кристальной ясностью поняла, что умирает. Она в последний раз дернулась, но сил больше не хватало: руки и ноги сделались ватными, будто онемели. Легкие разрывались от удушья. Сознание путалось.

Но внезапно все прекратилось. Подушка больше не давила на лицо, и Сюзанн смогла повернуть голову и сделать спасительный, раздирающий горло глоток воздуха. Какая-то тихая возня в комнате заставила ее открыть глаза, перед которыми все еще плавали цветные мушки. Анастасия, хрипя, оседала на пол, в ее груди, будто сгнивший пестик кроваво-красного цветка, торчала знакомая черная рукоять, а над девушкой, улыбаясь алыми губами, нависла Кримхильда.

— В этих туфельках, – произнесла мертвая камеристка, – ты почти одна из нас. И, на твое счастье, я все еще не против оказать тебе услугу.

— Услугу?! – в ужасе воскликнула Сюзанн. Она не могла отвести взгляда от мертвой Анастасии, уже осевшей на пол. – Вы убили мою сестру!

— И спасла тебя. Разве я не заслужила благодарности? Не так-то легко выйти с пепельных троп к живым, а через дверь ты меня бы уже не впустила.

— Ты… ты могла бы просто ее оттащить, отбросить, напугать, но не убивать! – Сюзанн почувствовала в голосе высокие истерические нотки.

— Могла бы, – спокойно согласилась Кримхильда. – Но не захотела. Ты ведь обронила это, – она протянула на ладони багровый перстень королевы Гертруды. – А без него я могу следовать собственным пожеланиям, а не чужим.

Сюзанн скорее почувствовала, чем поняла, что она не в безопасности. Да, нож все еще торчал в груди Аны, глядящей в потолок невидящими глазами, но в замке она видела, что пепельным не нужно оружие, чтобы убивать. Сюзанн судорожно нашарила медальон, все еще висевший у нее на шее.

— У меня… есть еще один перстень!

— Отчего же ты не воспользовалась им в замке, госпожа?

— Я… – Сюзанн в голову вдруг пришла странная мысль: – Мне он не нужен! – Она лихорадочно отцепила застежку и протянула медальон Кримхильде. – Забери его, и, прошу вас, оставьте людей! Не причиняйте им больше вреда!

Та не двинулась с места, продолжая белозубо улыбаться кроваво-красными губами.

— Тогда что тебе нужно?! – Голос осип и не хотел слушаться хозяйку.

Кримхильда улыбнулась еще шире, и от этого стало жутко, как никогда.

— Я пришла за тобой, – наконец обронила она. – Ведь на тебе все еще эти туфли. Ты побывала на пепельных тропах, и они приняли тебя, тебя слушается перстень и защищает Лес. Ты можешь стать лучшей из пепельных. Ты можешь стать пепельной королевой, а мне будет в радость оставаться подле тебя.

— Н-нет, – хрипло выдохнула Сюзанн. – Я жива! Я не собираюсь ходить тропами мертвых. Вот, возьми, я просто забыла их снять… – Сюзанн попыталась стащить туфли, но они будто приклеились. Она тянула изо всех сил, но подошвы горели, словно с них сдирали кожу, и волны жути накатывали на Сюзанн обжигающим ознобом.