Онлайн книга «По сложной прямой»
|
— Изотов, не юродствуй, — почти виновато попросила Нина Валерьевна, — Мы пришли… — Я буду жить с тобой дальше, — выдвинулась вперед Юлия Игоревна, заставляя собственную великанскую мать чуть вздрогнуть, — Больше не буду причинять тебе вред для собственного удовольствия. Витя. — Угу, — хрюкнул я, чувствуя, как хочу лечь на пол и издохнуть, — Еще бы решить на счет вреда из любопытства, из плохого настроения, из-за поручений присутствующей здесь товарища Молоко, из-за… — Этого не будет, — взяла слово гордая мать, скрещивая руки на груди. — Конечно не будет, — охотно согласился я, — Вот отселите нашу электрическую девочку в соседнюю комнату — и всё будет прекрасно! — Так не… — Почему? — резко перебил я ученую, — Моя экспатия спокойно лупит сквозь стены! — Изотов…, — насупилась великанша, но её остановила подруга. — Подожди, Нель, — сказала Нина Валерьевна, извлекая из нагрудного кармана небольшую фотографию и протягивая её мне со словами, — Смотри, Вить. Внимательно. Осмотрев предложенное с вздымающимися почти до челки бровями, я торопливо пихнул гадость назад. Это срок. Некислый такой срок. Где они подобное взяли?! — Срамота-то какая…, — смущенно пробормотав это, я отвернулся к стенке. — Это, Витя, Вероника Кладышева, — с тяжелым вздохом проговорила мой куратор, — Она будет курировать проект «Воскрешение». То есть, по-простому, через неделю-полторы все соседние с тобой комнаты будут заняты всеми «призраками» СССР и еще двумя из Китая. То, что ты увидел на фотографии, тоже будет жить… недалеко от тебя. Либо недалеко, либо прямо в этом помещении. Она единственный специалист по «призракам» благодаря особому состоянию психики, позволяющему замечать в ней малейшие… повторюсь, малейшие изменения. — Но в остальном это отбитая маленькая сучка с полностью съехавшей крышей, — рубанула Окалина-старшая, — С тобой будет жить либо Юля, либо она. Выбирай! — Съехавшей как у Янлинь? — дрожащим голосом поинтересовался я, — Это же «чистая»? — Да, это «чистая». Ей 36 лет. — Ну нахер…, — тут же выдохнул я, — Лучше с Палатенцом! Без условий. Без вариантов. У меня, как только я увидел стоящую в хате троицу, были планы наныть себе побольше коэффициентов к зарплате и пенсии. Воинские, боевые, арктические, да хоть какие! Да хоть все вместе! Понимаю, что подобное — филькина грамота, потому что, если партия захочет — я моментально стану пустым местом, но хоть что-то! Но на фотографии… там было такое непотребство, что я сразу взглянул на Юльку под другим углом. Как на защитницу. А заодно очень и очень пожалел психику проживающих в «Жасминной тени» пацанов. Да и свою заодно. Живи такое со мной — мне бы настал кобзон, но частично я и так его поймаю, так как общаться с этим существом таки придётся, если верить словам разговаривающих с кем-то женщин. А, они со мной говорят. Чтобы вы не гадали, уважаемая, хоть и не существующая публика, на фотографии была девочка. Миленькая такая девочка-подросток, стройненькая красивая брюнеточка. С каре. Лет эдак от 13-ти до 15-ти. С большими и очень красивыми карими глазами, блистающими немалой безуминкой, что, в принципе, для Коморской норма. А вот во что она была одета… Скажем так, печально знакомые мне японские мангаки, рисующие отбитый хентай с несовершеннолетними персонажами, могли бы вдохновляться этим вечно. |