Книга Сезонные страхи, страница 178 – Шеннон Макгвайр

Теперь он понимает, как легко ей падать в сезон. Понимает отчетливо, до боли, потому что его собственный сезон яркой нитью тянет его в будущее, сулит целый мир, пусть только Гарри примет его в свое сердце, прижмет покрепче и будет гореть, гореть, гореть. Его не создавали специально для этого, он просто таким родился, и все равно ему трудно противиться. А Мелани, наверное, уже пристрастилась к холоду.

— Я должен отречься искренне, – говорит Мэттью. – Я надеялся, что, испугавшись за свою жизнь, ты сделаешь это искренне, откажешься от короны; я не знаю, убил ли ты мою младшую сестренку. Если она мертва, мне нужно за нее отомстить. Если нет, то, стоит мне отречься, я лишусь защиты перед ней, а она определенно жаждет разрезать меня на кусочки. Так что я и так и так мертвец.

— Приблизительно то же ты предложил и мне.

Позади раздаются шаги. Гарри слышит, как взвизгивает Мелани, как смеется Джек, видимо, девчонки обнимаются. Снова шаги, и вот уже рядом стоит Дженни. Гарри оглядывается: на Дженни крови нет.

— Она мертва?

— Без сознания, – отвечает служитель. – Я ударил ее со всей силы, она упала, но все еще дышит.

— Хорошо, – Гарри снова поворачивается к Мэттью. – Отрекись.

— Нет, – на губах у Мэттью появляется холодная улыбка. Гарри внезапно понимает, чтó он собрался сделать, и спустя один удар сердца Мэттью и правда набирает в грудь побольше воздуха и вопит: – Мама! Возле дома какие-то люди! По-моему, они покалечили Мисти!

Вдалеке лает собака. В доме разом зажигаются все лампы, что-то громыхает, распахивается дверь. Выругавшись, Гарри мчится к своей машине, надеясь, что и остальные не отстают. Так и есть. Все четверо запрыгивают в салон, Мелани не спрашивает, почему Дженни едет с ними, из дома выбегает мужчина, очень похожий на Мэттью, с ружьем в руках.

Гарри жмет на газ, и они летят по улице со всей скоростью, на которую только способен бедный двигатель. Мэттью так и стоит посреди лужайки, он все еще претендент, но сейчас ему придется объяснять родителям, что случилось в гараже и почему его сестра валяется без сознания, так что он вряд ли доставит много хлопот.

Гарри на это надеется.

Гарри едет вперед.

ПО КАЛЕНДАРЮ:

14 февраля 2017 года, зима, убывающая червивая луна.

— Гарри, теперь можно помедленнее, – Мел кладет руку Гарри на плечо.

Пальцы у нее снова холодные, но не ледяные, Гарри ощущает человеческую руку, не покушающуюся на его Лето. Мел тает. Гарри не остывает. Это должно бы его встревожить. Но перед ним длинная прямая дорога, скоро они снова окажутся на шоссе и поедут на юг, потом свернут на восток, к лабиринту, к коронам.

Гарри не осознавал этого раньше (не мог осознать, потому что ему не разъяснили все как должно), но ему и не нужны были Роджер и Доджер, чтобы понять, куда ехать. Нужно было просто соединиться со своим сезоном. Теперь он знает, куда направляется. Даже если бы они лишились машины, дошел бы пешком. Лабиринт взывает к нему: приди и получи то, что причитается тебе по праву рождения, первым надень Летнюю корону – и Гарри убьет любого, кто помешает ему туда добраться, любого, кто встанет у него на пути.

Мел знала. Мел уже была связана со своим сезоном и еще до того, как им сказали, знала, что на востоке зажегся маяк, призывая сезоны домой. Просто не могла не знать. Гарри оглядывается на любимое лицо, бледное на фоне темного салона, и чувствует вспышку гнева, так сильно на Мел он никогда в жизни не злился. Это его Мелани, его лучший друг, его девушка, а теперь и его Зима, противовес огню, пылающему у него внутри, словно проклятие, ей не положено его предавать. Ее предательство ранит так, что и словами не выразить, не представить. Им положено действовать сообща, но Мел ему не сказала.